– Что ж ты скрыл от меня, поганец, что она волшебница? – в бессильной ярости заорал на помощника Анариф.
– Я не знал! – честно соврал тот.
– Так, может, и в тебе эссенция плещется? – злобно сверкая глазами, повернулся к нему изобретатель. Он и так не слишком ему верил, а теперь Мелёха полностью подтвердил его подозрения. – С ними закончу – и тобой займусь.
Мелёха в ужасе попятился, продумывая пути к отступлению, но деваться в тесной кабине было некуда.
Тем временем на склоне горы волшебница отчаянно старалась помочь Джамалу подняться.
– Беги, луноликая, спасайся! – обречённо пробормотал верблюд, уже смирившись с собственной участью.
– А ну, не раскисай! – сердито буркнула Яга и взмолилась: – Вставай, родненький.
Она попыталась поднять верблюда, но какое там! Не было у неё силушки богатырской.
А чудовищная черепаха тем временем всё же смогла справиться с арбузом. Раструб снова повернулся к беглецам и принялся всасывать волшебные силы. Между упавшим верблюдом и его мучителем стала Яга. Смертоносная воронка теперь была направлена прямо на неё. Спастись волшебница уже не успевала. Её чудесные силы начали медленно утекать внутрь гигантской жуткой машины. И она начала меняться с каждой частичкой уходящей силы...
Мелёха такого допустить не мог. Пока доставалось болтливому верблюду, возомнившему себя поэтом, ему было всё равно, но когда безумный учёный взялся за его друзей (пусть он и сам бросил их на произвол судьбы), это стало уже слишком. Сперва он отворачивался и делал вид, что происходящее его не интересует (тем более, он в глубине души надеялся, что товарищи всё-таки сбегут: сил у них хватит). Потом не выдержал. Увидев, что Анариф отвлёкся, он что есть силы пнул ближайший рычаг управления. Черепаха застыла, дёрнула головой – и отвернулась от беглецов, дав им несколько минут передышки.
Безумный изобретатель кипел от ярости, как самовар на углях. Он дёрнул другой рычаг, кресло под Мелёхой завибрировало, потом подскочило на пружине и выкинуло его в воздух через открывшийся в крыше люк. Парень даже охнуть не успел. Приземление было жёстким, но ещё было жутко обидно за подобную несправедливость... и немного стыдно перед друзьями.
Мелёха пролетел по воздуху, однако, к добру или к худу, на землю не упал, а зацепился подолом халата за остов одной из дворцовых башен, который машина всё ещё тащила на спине: заниматься чисткой Анарифу было некогда. Спутник богатыря повис, как бабочка на булавке, напоминая диковинный разноцветный вымпел. Положение его было в прямом смысле шатким (черепаха и не думала останавливаться), но зато теперь ему было прекрасно видно, что происходит вокруг.
Он заметил, как Финист, вскарабкавшись на горный уступ, прицелился и выстрелил набалдашником булавы в одну из башен. Оружие зацепилось и застыло, натянув цепь. Не трудно было догадаться, что за план у него в голове, но он был крайне рискованным. Конечно, величайший богатырь в себе не сомневался: и не в таких переделках бывал, один полёт на свинье чего стоил! Он ещё раз надавил на кнопку в рукояти и, подтянувшись, запрыгнул на черепаший панцирь.
Впрочем, Анариф тоже это заметил. Он быстро защёлкал тумблерами, разворачивая механического монстра. Черепаха вытянула шею, резко дёрнув головой. Удар был таким внезапным, что застал Финиста врасплох. Богатырь, не удержавшись на ногах и выпустив из рук булаву, рухнул на броню. Головой он знатно о броню приложился! Конечно, череп остался цел, даже синяки были пустячные, но волшебные очки со всего размаху стукнулись о металл. Шарах! Защитный чехол треснул и слетел, брызнули в стороны разноцветные стёкла. И глаза Финиста снова заволокла тьма.
Этот короткий бой подарил несчастным беглецам несколько минут, чтобы перевести дух и придумать новый план спасения. Джамал, кряхтя, с трудом поднялся на ноги. Яга злобно посмотрела на монстра-черепаху, мысленно осыпая проклятими её создателя, и обеспокоенно – на Финиста. О себе она не думала... а потому понятия не имела, чего ей самой стоила встреча с убийцей волшебства: молодость и цветущая красота исчезли, как не было. Теперь волшебница выглядела, по меньшей мере, на половину своего возраста.
– Что с тобой, красавица? – проблеял Джамал, вглядываясь в её изменившийся образ.
– Что со мной? – непонимающе повторила за ним Яга, ощупывая лицо. Взгляд спутника её всерьёз напугал, но она никак не могла взять в толк, что с ней не так. Поранилась она, что ли? Или грязная такая?..