И даже почти поверил ее небрежному объяснению, что она просто не могла прийти к нему в больницу. Ну, не выносит она больниц, ей там сразу делается нехорошо, только поэтому она его ни разу не навестила…
Действительно, как можно прийти к умирающему жениху, если ты не выносишь больниц? Никак нельзя! Со стороны гражданина умирающего – абсолютный эгоизм требовать для себя такие жертвы…
И вообще, лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным! Как с этим поспоришь?
В сущности, это тоже было своего рода соглашение, вспоминал Серега. Только уже не с Хозяином, а с Хозяйкой. Торг уместен всегда! – вот основной девиз на турнирном щите современных рыцарей капитализма. Так и живем на одном большом рынке, местами переходящем в откровенный базар, думал он потом с глухим раздражением…
– Вы понимаете, Сергей, Света – сложный ребенок. Почти ребенок еще, но очень уж не простой, – рассудительно говорила Вероника Александровна. – Я считаю, вы должны это понять в первую очередь, если хотите быть вместе с моей девочкой. Я не знаю, может, я уделяла ей мало внимания… Не знаю…
Серега хотел.
– Кстати, Сергей, какое у вас образование? – перебила Хозяйка сама себя.
– Коридорное, – не удержался Серега.
– Как так? – удивилась она.
– Очень просто, – пояснил Серега. – Раз – пролет, два – пролет… И так далее.
– Шутите? – догадалась она. – Хорошо, когда у мужчины развито чувство юмора. Для брака – это полезно, очень полезно… Я по себе знаю, чтобы быть замужем – нужно иметь большое чувство юмора, – доверительно поделилась Вероника Александровна.
Издевается? Нет, похоже, всерьез… Тогда тем более трудно возразить. Когда данная истина подается с такой категоричной, хозяйской безапелляционностью – возражать совершенно не хочется…
– Шучу, – на всякий случай подтвердил Серега. – Образование у меня среднее. После школы поступить в институт не удалось, не прошел по конкурсу. Потом – армия. Когда вернулся, мать умерла, нужно было работать, семью содержать, я тогда как раз женился… Так и не поступил в вуз…
Хозяйка сочувственно покивала. Все понятно, все в рамках стереотипов, рабочий паренек от сохи, от станка, из народа, со дна погуще, прокладывает себе дорогу в жизни, засучив рукава английского пиджака. Пусть не сподобился в свое время на колледжи и университеты, зато собственным природным умом дошел до неистребимой веры в светлое будущее… Просто идеальное начало для биографии грядущего миллионера или даже политического лидера…
Она потупила густо накрашенные глаза, задумчиво постучала ярко-красными ноготками по блестящей полировке стола.
– Покойный Иван Иванович придавал большое значение образованию, – сообщила Вероника Александровна. Сдержанно вскинула глаза в потолок, словно ожидая, что там, в вышине, проявится светлый лик мужа в ореоле святости.
Серега тоже мельком глянул в белый потолок. Не проявился.
Он согласно кивнул.
Зачем она это сказала? И главное, кому вешает лапшу на уши? Он-то, как никто, знал, что куда большее значение покойный придавал водке, коммерческим махинациям и блядям – именно в такой последовательности приоритетов. Уж перед ним, бывшим личным телохранителем, можно было бы и не лицемерить по поводу образа незапятнанной чистоты. Сам Шварцман всегда называл вещи своими именами, даже если это многих и обижало, усмехнулся про себя Серега.
– Вообще-то, я собираюсь пойти учиться, – пояснил он. – Думаю поступить в Высшую Экономическую Школу.
– А документы вы уже подали?
Ага, подал… Прямо не выходя из реанимации. Ему, как дважды раненому на фронтах передела собственности, диплом торгаша, вообще, положен без очереди и со скидкой на ветеранство…
– Пока еще нет. Пока готовлюсь, – сказал Серега.
– Это хорошо, Сережа, что вы так здраво смотрите на жизнь. Мне это нравится в вас. Учиться все-таки нужно, – покровительственно одобрила Хозяйка. – Покойный Иван Иванович всегда подчеркивал, что образование очень помогло ему построить собственный бизнес…