- Но старостам этого было мало, и они пошли дальше. К функции страсти была добавлена еще одна – охранная. А именно брачный телепорт. Она заключается в том, что, если супруге грозит опасность, она может позвать своего супруга используя печать. Мужчина же, услышав зов, может открыть портал и либо притянуть женщину, либо сам телепортироваться к ней. Таким образом обезопасились многие аристократические роды от вымирания,- вот теперь я более - менее начинала осознать, что это за такая печать. Согнув руки в локтях я внимательнее присмотрелась к обеим артефактам,- Но это еще не все,- прошептал Лестрат, отрывая меня от разглядывания печатей,- Со временем артефакты, напитавшись силой своих владельцев, начали самосовершенствоваться,- обвив длинными пальцами с острыми когтями, мое запястье, Лестрат большим пальцем начал осторожно поглаживать печать Леонеля,- Наши энергетические потоки связаны. Всех троих. В этом есть большие плюсы, так же, как и минусы. Например, мое долголетие передалось и вам, моя королева, и Лакруа. Минус же - если кто-то из нас троих погибнет, погибнут и остальные. Ну в этом минусе есть маленький плюсик – Лакруа не осмелится меня убить. Это я к слову.
- Абзац! – возмущенно воскликнула я, вырывая запястье, - Просто блеск! И вы меня втянули в ЭТО? Да за что?!
- Вы мне нужны, Ирина, и я принял такое решение. Моя печать перебила основную функцию артефакта де Лакруа. Как вы могли заметить, вами не движет вожделение, и вы не бросаетесь на меня с намерениями заняться любовью, как это было с лордом Лакруа, - в голосе короля послышались саркастические нотки, - Хотя я был бы не против,- прошептал он, - Но в данной ситуации пришлось так поступить, ибо меня не устраивает, что у моей женщины едет крыша из-за другого мужчины.
Как бы мне не хотелось, но пришлось признать правоту действий Лестрата. Было такое, крыша ехала, и мне бы не хотелось испытать тоже самое. Не хватало еще кидаться на двух мужиков!
- Я так понимаю, что и ваши с Леонелем печати утратили основную функцию? – с надеждой спросила я.
- Не совсем, - уклончиво ответил он,- Она немного ослабла, но в общем… Но вы не переживайте, моя королева, я справлюсь, все же не юнец.
Вот теперь я напряглась!
- У вас прекрасный парфюм,- внезапно сменил тему король преступного мира,- Но ваш настоящий аромат мне нравится гораздо больше,- и он вновь вдохнул мой запах.
Отшатнувшись и выгнувшись вперед, я попыталась вновь разжать руку Лестрата обвившую мою талию.
- Тише. Я же сказал, что контролирую себя,- спокойно заявил он, притягивая к себе.
- Что вам от меня нужно? – прошипела я,- Вернее, зачем я вам нужна?!
- Всему свое время. Об этом я поведаю за ужином, - и практически без перехода заявил,- Моделло-Ла – многоуровневая темница. Самая опасная и неприступная тюрьма во вселенной. Но в тоже время считается одной из самых чистых темниц. За чистотой следят сами заключенные и вы, моя королева, сейчас узнаете почему все так дисциплинировано.
Глава 15
Нижние три экрана транслировали: столовую, душевые кабинки и комнату в которой находились таинственные гроссы. Остальные шесть экранов отображали длинные коридоры шестиэтажной тюрьмы и камеры с заключенными. Все камеры были одиночными и разделялись между собой серебристо-серыми металлическими стенами. На вид перегородки казались довольно прочными, в отличие от дверей. Вторые же были решетчатыми. Без замков, глазков и окон, через которые, в привычных нам темницах подавали пищу или наблюдали за заключенными. Просто решетка, состоящая из двух открывающихся наружу створок.
Если честно, то довольно странно. В основном все двери, на этой планете, были цельнометаллическими и автоматически разъезжались в стороны при наборе кода. В каждой камере были: односпальная кровать, аккуратно застеленная серо-оранжевым бельем, под цвет робы узников. Рядом находился прикроватный металлический столик, металлическая раковина и унитаз из серого металла. Санузел – раковина и унитаз, отгораживались от кровати тонкими металлическими перегородками.
Так вот, добавим к странностям. Все существа, находящиеся в этих камерах, старательно драили щетками все, что попадалось под руку. Кто-то натирал стены, кто-то пол, а кто-то унитаз. И все это, они проделывали быстрыми четкими движениями, словно занимаются этим каждый день и чуть ли не всю свою жизнь. К этим же странностям добавляется то, что нигде не было видно ни охраны, ни надсмотрщиков, ни поваров, ни уборщиков. Все делали сами заключенные. Единственными работниками были роботы- уборщики, похожие на снеговиков, такие же беленькие, только без морковки, снующие по длинным коридорам и моющие полы.