Она закрыла глаза и память тут же подняла из глубин своих архивов все то, что так или иначе связывало ее с тем приятным временем. Эти воспоминания наполнили ее разум.
ПРОЦЕСС ОЧИСТКИ ЗАВЕРШЕН. ДОЖДИТЕСЬ ОСТАНОВКИ ВСЕХ СИСТЕМ.
Кабина завибрировала. Работающие механизмы начали остывать. Все закончилось.
Дверь открылась и она вышла наружу. Вспотевшее тело тут же ощутило на себе прикосновение холодного воздуха, циркулировавшего по помещению и поддерживаемого системой вентиляций и кондиционеров. Ноги едва не подкосились. Ступая на холодный металлический пол, Габриэль старалась как можно быстрее дойти до своих вещей. Слабость все еще не отпускала ее хрупкое тело и была готова повалить, как срубленное дерево.
- Гэб, ты там все? - мужской голос появился с другой стороны входной двери.
- Да, все хорошо, - она присела на кресло и начала одеваться, борясь с собственным организмом, старавшимся всеми силами провалиться в обморок.
- Не задерживай очередь, мы и так нарушили уже с десяток правил, - послышался громкий мужской смех, - представляю, как мы сейчас светимся на экранах мониторов.
Группа мужчин-врачей вновь разразилась грубым смехом.
Наконец, женщина, не без труда, смогла натянуть на себя сменную медицинскую робу. Выйдя обратно на коридор через запасной выход, она дала знак, что остальные могут пройти очистку. Габриэль ненавидела это всем своим сердцем и каждый раз, выбираясь из этой маленькой кабины, благодарила бога, что все еще продолжала дышать.
- Ты куда? - молодой ассистент догнал ее и встал прямо на пути.
- Нужно зайти на мостик к капитану и доложить о результатах операции.
- Почему вы не сделаете это по внутренней связи? - не унимался парень, не давая пройти женщине к кабине лифта.
- Это очень важная информация...
- Что может быть важного в таком случае? Ну наглотался солдат радиации. Ну переборщил малость. Стандартное явление для таких как он. Неизведанные планеты всегда хранят в себе много опасностей и радиация обычное дело.
Женщина остановилась у самого лифта и гневно посмотрела на парня. И хоть организм еще не восстановился после очистки, она нашла в себе силы упрекнуть его в несдержанности.
- Для будущего врача ты говоришь слишком много пустых слов.
- Но ведь это так!
- Цинизм не самое хорошее качество для человека, а для врача, в чьих руках жизни многих членов экипажа - это просто непозволительно.
Не дав ему ответить, Габриэль быстро зашла в кабину лифта и нажала на кнопку подъема. Скрипнув затворками, старый механизм принялся поднимать врача на самый верх.
Надо сконцентрироваться.
Ей предстоял тяжелый и не очень приятный разговор. Приносить плохие известия всегда было трудным делом. Нужно было найти подход, время, подобрать необходимые слова. Каждый раз она клялась, что больше не сделает подобного, что откажется от всех своих обязанностей, от клятвы, которую давала еще в институте, но обстоятельства раз за разом заставляли все начинать с начала. И вот теперь она снова оказалась перед выбором. Не самым приятным, но все же очевидным для нее как для врача.
Сказать как есть или же солгать?
В этот момент вопрос стоял наиболее остро, и пока лифт поднимался на мостик, она пыталась найти соломоново решение.
Прозвучал удар - кабина уперлась в предохранительные стыки и через секунду двери открылись перед ее глазами.
Мостик был местом, куда она редко поднималась. Здесь не было места для таких как она. "Обитель важных персон" - язвительно отзывались врачи, говоря об этом месте. Офицеры, связисты, картографы, высшая власть, которая и сама не часто спускалась со своих небес на землю - на нижние этажи, большую часть времени проводя в кабинетах, прокладывая путь к новым планетам.
Сергей стоял у огромной голографической карты и что-то обсуждал с младшими офицерами. Разговор явно выходил за протокольные и уставные рамки, и было очевидно, что конфликт вот-вот перейдет в "горячую" фазу.
- Я не буду выполнять такие приказы, капитан! Это нарушение всех установленных правил. Что значит "... мы должны принять во внимание ситуацию с паломниками"?
- Это значит, что вы должны собрать группу и спуститься вниз, дабы навести там порядок.
- Порядок? Никто толком не знает сколько их там вообще. Какую группу я должен собрать и как вооружить, чтобы нас там не разорвали на части?!
Офицер чуть не кричал. Рядом стоявшие коллеги уклончиво поддержали своего коллегу.
- Он прав, Сергей, - продолжил второй, - надо решить вопрос иначе. Сила - это хорошо, но в нашем случае она может лишь усилить недовольство. Подумай, что будет, если они восстанут. Никакая дверь не выдержит их напора, они волной пройдутся по всем этажам и сметут все на своем пути.
Капитан на секунду задумался. Лоб вспотел от напряжения. Мужчина немного отошел в сторону и вскоре заметил присутствие доктора.
- Мне надо все обдумать. - Сергей обратился к офицерам и подошел к ней. - Здравствуй, Гэб, что привело тебя к нам?
В его глазах появилась усталость.
- Я по поводу Сейна.- доктор осторожна начала, - он попал к нам в чертовски плохом состоянии и...
- Скажи прямо, Габриэль, не надо этих уклончивых ответов.
Врач поняла, что капитан готов услышать любое известие.
- Он...он умер, Сергей. Мы сделали все, что смогли, но доза оказалась слишком огромной. - врач опустила глаза, не зная как продолжать дальше.
- Что говорят другие? Я имею ввиду Виктора и Джея.
- Виктор в ярости. Он винит во всем вас. Джей ничего не сказал. Когда услышал известие о смерти, просто развернулся и ушел.
Капитан молча выслушал женщину и принялся обдумывать услышанное. Все складывалось не так, как он хотел. Да, он был виноват в случившемся, но обстоятельства и правила, составленные и утвержденные очень давно, требовали таких решений.
- Что-нибудь еще? - спросил Сергей, как бы пытаясь сменить тему разговора.
- Да, вопросов много, можем поговорить в более спокойной обстановке. Я только что из "очистки", стоять сложно.
Сергей повел ее в свой кабинет. Минуя толпу из гомонящих офицеров и рабочего персонала, они вскоре оказались в широком коридоре, который вел прямо в личные помещения персонала.
Кабинет капитана был обставлен очень строго. Ничего лишнего, только самое необходимое. Карты звездного неба все еще висели на стенах этой комнаты, хотя уже очень давно все перешли на электронные расчеты, но он был другим. Каждый раз старался прокладывать путь исключительно вручную, высчитывая каждую мелочь и деталь, способную даже малейшим образом повлиять на полет корабля.
- Здесь мы можем поговорить открыто, и не боясь, что нас услышат. - он присел на свое кресло и указал женщине на длинный диван в углу комнаты. - Так что там, док?
Сергей потер усы и посмотрел Габриэль в глаза.
- Сейн умер не сразу. Сказать откровенно, он был покойник при любом исходе, правда, не думаю, что Виктора это как-то успокоит. Они были друзьями, и его смерть очень сильно ударила по нему.
- Понимаю - ответил Сергей, доставая из портсигара длинную сигарету.
- Вы как-то поменяете свое отношение к принятому в тот момент решению?
- Ты имеешь ввиду отказ дать разрешение на стыковку в верхних этажах корабля? Нет, это было необходимо. Безопасность корабля и его персонала превыше всего. Уверен, что он сделает поправку на это.
- Сомневаюсь. - доктор откинулась на спинку мягкого дивана и дала своим мышцам отдохнуть. - Ваша решение, хоть и косвенно, но все же сыграло роль в смерти бойца, пусть это и было продиктовано интересами безопасности целого корабля, вряд ли Виктор простит вас за это.
- Что за вздор? - Сергей прижал губами сигарету и сделал глубокую затяжку, - он боец, и прекрасно знает, что солдаты имеют свойство умирать не своей смертью. Порой это несправедливо, порой это невозможно принять, смириться и полюбить, но он не мальчик, чтобы обижаться. Все мы тут живем один раз и наша жизнь, может закончиться в любой момент. К чему все это?