Её губы были спрятаны под маской, и это почему-то бесило. Не возбуждало — именно бесило. Как будто мне чего-то не додали. Как будто у меня забрали право видеть. Смешно, да? Но я не люблю, когда мне что-то недоступно.
Чек решил всё за меня: “Администратор: Савельева Маргарита Николаевна”. Я нашёл её в ВК. Подписался. Потом — инстаграм. Фото с парнем нет. Отлично. Это значит, что никто не будет мешать. И что можно действовать уверенно, без лишних сомнений.
Уверенность всегда работает лучше просьб.
Она, может, думала, что всё получилось само. “Судьба”, “случайная встреча”. Так людям проще жить: когда они верят, что события происходят сами. А я просто не мешал ей верить. Иногда самое сильное управление — это дать человеку ощущение, что он сам всё выбрал.
Я снова смотрю на сумму на счёте. Потратили немного. Значит, вчерашний вечер можно “простить”. А если она начнёт ворчать — можно будет мягко напомнить, как я переживаю за будущее, как я стараюсь, как я думаю о нас. Обычно после таких слов люди начинают оправдываться. И сами себя ставят на место.
Переворачиваюсь на спину. Закрываю глаза.
И снова проваливаюсь в сон — туда, где проще всего: ничего не объяснять, не чувствовать, не отвечать. Пусть реальность подождёт. Рита всё равно привыкла подстраиваться.
Глава 2
Рита
Дышать больно, и что-то мешает. Я открыла глаза от резкого света — и тут же покатились слёзы.
— Где я?..
Как только попыталась приподняться, ко мне поспешила медсестра и затараторила:
— Маргарита, всё хорошо. Через пару минут к вам придёт врач.
На меня смотрела женщина лет пятидесяти: добрые глаза, морщинки вокруг — видно, часто щурится. Мне показалось, она хотела сказать ещё что-то, но дверь распахнулась, и в палату вошёл врач — мужчина лет сорока пяти, а может, и старше.
— Маргарита, здравствуйте. Меня зовут Марк Аркадьевич. Вчера утром вас доставили к нам. Вас сбила машина. У вас ушиб рёбер, небольшая гематома на предплечье и сотрясение мозга средней тяжести. Как вы себя чувствуете?
— Дышать больно…
— Такое бывает при ушибе рёбер. Мы переведём вас в обычную палату. Надеюсь, вы быстро восстановитесь и надолго у нас не задержитесь.
Он улыбнулся и добавил с усмешкой:
— До свадьбы заживёт.
После разговора с Марком Аркадьевичем на душе стало спокойнее. Захотелось позвонить Нику — успокоить его, сказать, что всё хорошо, чтобы не переживал. В голове крутилась мысль: он, наверное, места себе не находит… а я… а я, как всегда.
Если где-то есть возможность встретить неудачу — я распахиваю для неё объятия.
Меня перевели в обычную палату, вернули вещи. Первым делом поставила телефон на зарядку. Нужно позвонить Нику и маме.
Телефон включился — я сразу набрала Ника.
— Привет, милая. Я как раз хотел тебе звонить. Меня только сегодня отпустило это ужасное похмелье… Как ты?
— Ник… я в больнице.
И по моему лицу, наверное, было видно: я в шоке. Становится так обидно — меня сутки нет дома, а он меня даже не потерял.
— Милая, что-то случилось? В какой ты больнице?
По голосу слышу растерянность.
— Меня вчера утром сбила машина, — хрипло сказала я и сбросила вызов.
Меня качает. В ушах шумит, на глазах снова слёзы. Как будто окатили ледяной водой. Телефон начал разрываться — Ник звонит беспрерывно.
Я перестаю смотреть на экран. Смотрю на соседок по палате и говорю:
— А давайте знакомиться.
Мне нужно отвлечься. Я слишком растеряна и слишком близко всё принимаю к сердцу. Может, это тот случай, когда я раздуваю из мухи слона. Я ведь жива. Ничего не сломано.
Соседками оказались две девушки, чуть младше меня: одна попала в больницу из-за неудачного падения с гироскутера, а вторая получила травму на работе — упала с шеста…
Мы пили чай, смеялись, телефон всё продолжал звонить. Потом — мама. Решила взять трубку и объясниться. Наверняка Ник уже позвонил ей.
— Алло, Рита! Рита, ты где?! Что случилось?
— Мам, я всё расскажу, дай мне минуту. Вчера утром меня сбила машина. Травмы не очень серьёзные. Я в первой краевой больнице. Привези, пожалуйста, вещи и мой ноутбук.
— Какие травмы? Что говорит врач?
— Ушиб рёбер, сотрясение и гематома на предплечье. Марк Аркадьевич говорит, что до свадьбы заживёт.
Я напустила в голос бодрости, как могла.
— Я сейчас всё соберу и приеду. Пока никому не говорила, что ты в больнице. Как только мне позвонил Николай, я сразу начала звонить тебе. Почему ты от него трубку не берёшь? Мальчик так за тебя переживает — голос дрожит…