Но в её глазах, наконец, появилось не просто потрясение.
Там появилось понимание.
Я закрыл ноутбук.
Тишина в комнате стала почти интимной — как пауза между людьми после слишком откровенного прикосновения.
— Это весь компромат, — сказал я спокойно. — Дальше — ваши вопросы. И наше решение.
Я выдержал секунду.
— И да, Маргарита… вам не кажется. Вас действительно использовали. Но теперь — вы не одна. И никто больше не будет решать за вас без вашего согласия.
Я сказал это ровно, без обещаний “сказочной защиты”.
Глава 17
Рита
Первая мысль — это монтаж. Ну не может быть всё так… но пазлы в голове складывались слишком быстро: красная фишка из кармана Ника, его вечные пропажи, странные разговоры, деньги, которые “куда-то делись”. Он не просто проиграл — он, похоже, ещё и остался должен.
Осознание того, что теперь под угрозой не только я, а моя семья и его семья, накрыло с головой. А измена отдалась горечью в груди — такой, что стало трудно дышать. Он был первым. Я хотела, чтобы он был и последним.
Если честно, мыслей не было. Только шум внутри. Мне хотелось услышать Иру — просто услышать её голос, увидеться и поговорить. Я понимала: меня здесь не держат силой, но дали понять — с этой лодки просто так не уйти. Я уже вся в мерзкой паутине.
Про акции я даже не сомневалась: отдам. От греха подальше. Мне не нужны ещё большие проблемы — мне и этих хватит.
И всё равно в голове крутилась наша с Ником жизнь. Я снова и снова пыталась понять, где именно моя кривая вывела меня не туда. Почему я не заметила раньше. И почему Арам так настойчиво “помогает” мне разобраться.
Понятно почему: ему нужны акции, ему нужна тишина, ему нужно вернуть контроль. Но я чувствовала и другое — его интерес ко мне. Даже сейчас, когда я вся перебинтована, в спортивном костюме, с чужим телефоном в руках и чужой жизнью вокруг.
Я подошла к окну, держась за подоконник так, будто он мог удержать меня от падения. Внизу — чужой двор, чужие люди, чужая охрана. Всё выглядело спокойно и даже красиво. И именно это было страшнее всего.
Пауза затянулась. Арам не торопил. Он умел ждать так, что ожидание превращалось в давление — без слов, без жестов.
— Я могу позвонить Ире моей подруге? — наконец спросила я.
Он кивнул сразу, будто вопрос был предусмотрен.
— Можешь. Но сначала — одна вещь, Маргарита.
Он произнёс моё имя ровно, без ласки. И всё равно в этом было что-то интимное.
— Ты сейчас в безопасности. Но не свободна, — продолжил он. — Это разное.
Меня передёрнуло.
— Вы не имеете права…
— Имею, — перебил он мягко. — Потому что если я отпущу тебя “по праву”, тебя заберут “по беспределу”. Выбирай, что приятнее.
Я открыла рот, но не нашла слов. Внутри поднялась злость — горячая, детская, отчаянная. Хотелось орать, бить, ломать, чтобы кто-то наконец объяснил, почему моя жизнь стала чьим-то столом для ставок.
— Ты хочешь быть умной? — спросил Арам, будто услышал мои мысли. — Тогда будь. Без эмоций. Эмоции в этой игре — поводок.
Я сглотнула. И впервые за долгое время почувствовала не страх, а холодную ясность: он прав. Нравится мне это или нет — прав.
Я взяла новый телефон. Пальцы дрожали, но номер Иры я знала наизусть.
Гудки.
— Алло? — сонный, недовольный голос.
— Ир… это я.
Пауза. Потом — резкий вдох.
— Рита?! Ты где?! Ник… Ник мне писал какую-то дичь, потом пропал…
— Я… со мной всё… — я запнулась, потому что “всё” звучало как издевательство. — Я не дома. Не спрашивай пока где. Слушай меня внимательно.
Ира молчала. Я слышала, как она дышит.
— У тебя есть доступ к моим счетам? — спросила я.
— Конечно нет. Рит, что происходит?
Я закрыла глаза.
— Мне нужно, чтобы ты ничего не делала резко. Не писала Нику, не искала его, не звонила его друзьям. Просто… будь на связи.
— Рит, ты меня пугаешь.
— Я сама себя пугаю, — тихо сказала я. — И ещё… если тебе придёт перевод или кто-то спросит про деньги — скажи, что ты ничего не знаешь. Поняла?
Ира замолчала на секунду, а потом её голос стал жёстче — собранным.
— Поняла. Это связано с Ником и его идеальной жизнью?
— Я не дура, — коротко сказала она. — Я видела таких “идеальных” мальчиков. Они ломаются громче всего. Просто некоторые ломаются внутри, а некоторые — ломают рядом.
Я не ответила. Потому что это попало в самую больную точку.
— Рит, — Ира продолжила тише, — ты сейчас одна?
Я посмотрела на дверь. На камеры. На этот дом, который пах деревом и чужим контролем.
— Нет, — сказала я честно. — Но я не в клетке… просто… не могу уйти.
— Тогда слушай меня. Делай вид, что ты спокойна. Не спорь. Соглашайся на мелочи, чтобы выиграть время. И запоминай всё. Каждую деталь. Потом это будет твоим оружием.