Потому что пока я улыбаюсь — я не разваливаюсь.
Пока я выгляжу идеальным — меня не подозревают.
А внутри… внутри я уже давно трещал. Просто научился делать вид, что это не слышно.
Дверь в кабинет закрылась с глухим щелчком. Внутри пахло виски, табаком и дорогой кожей — запахом места, где чужие жизни складывают в стопку, как фишки.
Дамир даже не поднялся. Сидел, как сидят люди, которым не надо доказывать, что они главные.
— Ну? — бросил он. — Говори.
Ник шагнул ближе, держась прямо, будто осанка могла заменить уверенность.
— Я сделал рейс. Икра прошла. Без шума. Теперь мне нужны условия.
Дамир медленно улыбнулся — без тепла.
— “Условия”… Ты кто такой, чтоб условия мне ставить?
— Я не прошу, — Ник напряг челюсть. — Я требую. Верните Риту. Домой.
Дамир резко, как плевком, бросил:
— Риты у меня нет.
Ник завис на секунду, будто не расслышал, а потом вспыхнул:
— Не ври—
Дамир хлопнул ладонью по столу. Не громко — так, что звук резанул. И этого хватило.
— Тон сбрось, Николай. Ты сюда пришёл не качать права. Ты сюда пришёл понять, как ты теперь живёшь.
Ник втянул воздух.
— Где она?
— Под протекцией, — отрезал Дамир. — Другого человека.
— Кого?
— Не твоё дело.
— Назови имя.
— Я что, справочное бюро? — Дамир прищурился. — Ты мне сейчас кто: партнёр или терпила, который привык орать, когда ему страшно?
Ник сжал кулаки.
— Я полезен вам. Я делаю работу. Значит, я имею право знать.
Дамир наклонился вперёд.
— Полезен — да. Имеешь право — нет. Понял разницу?
Ник проглотил злость.
— Мне нужна встреча с Ритой.
— Нужна ему… — Дамир усмехнулся. — Слушай сюда внимательно. Встреча будет, когда будет договорённость. Не раньше. День и место тебе сообщат. Сам ты ничего не ищешь, никуда не едешь и никого не “спасаешь”.
— Когда? — Ник давил. — Сегодня? Завтра?
Дамир коротко рассмеялся.
— Не на этой неделе.
Слова легли пощёчиной. Ник побледнел, но не отступил.
— Это вы специально тянете.
— Я вообще ничего “специально” не делаю, — отрезал Дамир. — Я делаю так, как выгодно мне. А тебе выгодно сидеть тихо и работать. Потому что как только ты начнёшь дергаться — ты станешь проблемой. А проблемы у меня решаются быстро.
Ник напрягся.
— Я хочу забрать её домой. Я готов… оплатить. Закрыть. Сколько надо.
Дамир посмотрел на него сверху вниз, будто на мусор возле порога.
— Ты до сих пор думаешь, что всё покупается? Ты так себя и продал, Николай. Дёшево.
Ник шумно выдохнул.
— Тогда второй вопрос. Лейла. Я хочу, чтобы Лейла была со мной. Я оплачу полностью. На одну ночь. Без вариантов.
Дамир даже не задумался.
— Нет.
— Почему?
— Потому что Лейлу никто не принуждает, — сказал Дамир резко. — Она не товар по твоей заявке. Ты для неё не хозяин. И даже не интерес.
Ник дернулся, как от удара по лицу.
— Это смешно.
— Смешно — это ты, — Дамир бросил с ленивой жестокостью. — Пришёл сюда за “условиями”, а у тебя даже лица нет, чтобы их просить. Ты думаешь, ты стал кем-то после одного рейса? Ты стал удобным. Это максимум.
Ник сжал зубы.
— Я справился. Значит, я могу рассчитывать на—
— На что? — Дамир перебил. — На уважение? На бонус? На “спасибо”? Ты в каком фильме живёшь?
Ник молчал. Дамир откинулся в кресле и вдруг сказал в сторону, будто между прочим:
— Лейла.
Ник замер. Внутри всё напряглось — от злости, от ожидания, от унижения, которое он ещё не понял, но уже почувствовал.
Дверь открылась почти сразу. Лейла вошла легко, будто плыла — красота без суеты, уверенность без просьбы. Она даже не посмотрела на Ника: взгляд — только на Дамира.
— Звал? — промурлыкала она.
— Подойди, — коротко сказал Дамир.
Лейла подошла и без стеснения устроилась рядом, положила ладонь ему на плечо, чуть ниже шеи, пальцами медленно провела — как метка “моё”. Наклонилась к нему так, будто в кабинете никого больше нет.
— Ты злой сегодня, — сказала она Дамиру тихо и ласково. — Хочешь, я сниму тебе это?
Дамир глянул на неё, как на дорогую вещь, которая работает идеально.
— Снимешь, — ответил он просто.
И только тогда Лейла бросила короткий взгляд на Ника — ровно на секунду. В этом взгляде не было ни стыда, ни злости. Там была пустота: ты мне не нужен.
Ник сжал пальцы так, что костяшки побелели.
— Ты специально это устроил, — процедил он Дамиру.
Дамир не изменился в лице.
— А ты как думал? Ты должен наконец увидеть реальность. Другим — всё. Тебе — ничего. Потому что ты не в позиции “хочу”. Ты в позиции “заслужи”. И даже это — не факт.