- Жень, а у тебя было когда-нибудь так... Ну, чтоб с кем-то...
- Было, - признался Женька. - Я еще тогда на Любаню сильно обиделся.
- Так ты назло?
- Да нет, назло не получится. Просто... Ну я же все-таки не Буратино, живой человек.
- А-а, - Димка опять засмеялся. Теперь он мог не думать об этом случае.
Но не думать о Ленке он не мог, а позвонить ей никак не решался. Тем более сказать ей теперь, что любит ее.
Ленка позвонила сама. Она как будто и не заметила, что прошло уже три
недели со дня их последнего разговора, но голос ее был тихим и грустным.
"Словно почувствовала что-то", - подумал Димка.
Разговор получился вялым и коротким. Ленка сказала, что в Нью-Йорке холодная осень и часто идут дожди.
- А у нас уже белые мухи летали, - подхватил тему Димка.
- Ну, ноябрь все-таки.
- Да, уже ноябрь. Но сейчас потеплело. Это тоже не всегда хорошо. Такую резкую смену погоды многие плохо переносят. Больных много... А ты как себя чувствуешь?
- Мерзну что-то. Голова часто болит, и все время спать хочется.
- Не надо терпеть головную боль. Следует принять таблетку и лечь в постель, -
тон у Димки, вопреки его желанию, получался заискивающим.
- Я знаю, - протянула Ленка и замолчала.
Сердце Димки сжалось.
- Хочется домой?
- Хочется, - чуть не плача ответила Ленка, - но... Командировку опять продлили.
"Так вот почему она так расстроена!" - осенило Димку.
- На сколько?
- Пока на месяц, а что будет дальше - неизвестно.
- Как это неизвестно? Ваши отпускники уже должны были вернуться.
- Они уволились. Оба. Им сейчас ищут замену. Когда пришлют, тогда моя командировка и закончится. А пока...
- Так ты там уже пятый месяц за двоих пашешь? - возмутился Димка. -
Это же безобразие! Что у вас за контора такая?
- Ничего, я уже привыкла. Да и замену найдут быстро. Сюда многие просто мечтают попасть, но отбор строгий. Я все же надеюсь, что к Новому году буду уже дома. Это скоро, так что пока не пиши, а то письма могут опоздать.
- А у меня с ними так ничего и не получилось. Пробовал, но... Не силен я в
этом. Лучше звонить.
- Не надо, а то я расстраиваюсь. Сама позвоню, хорошо?
- Хорошо, - согласился Димка, почувствовав вдруг, что у него словно гора с плеч свалилась.
- Ну, пока?
- Пока, Лен. Целую.
- Я тоже, - совсем упала духом Ленка, и в трубке послышались короткие гудки.
Кошки на сердце у Димки все же скребли, но он с облегчением подумал, что нескорый приезд Ленки ему на руку. Он дает время придти в себя и избавиться, наконец, от мешающего ему общаться с Ленкой чувства вины. А когда Ленка будет уже здесь, они начнут все сначала.
День не заладился с самого утра, хотя ничто не предвещало неприятностей. Лидия Михайловна, как обычно, готовила завтрак мужу, а Димка, собравшись на работу, уже допивал свой чай, стоя у окна и любуясь тихо падающим снегом.
- Земля уже покрылась снежком, - сказал он. - Красиво.
- Растает быстро, на сырую землю снег ложится, - ответила Лидия Михайловна,
переворачивая сырник на сковороде.
Внезапно серое небо осветила молния, и раздался гром. От неожиданности рука Димки дрогнула, и на рубашке расплылось темное мокрое пятно.
- Черт! - воскликнул Димка.
- Дмитрий! - строго сказала мать, но, оглянувшись, всплеснула руками: - Надо быстрее переодеться, а то на работу опоздаешь. Пойдем, я тебе другую рубашку дам. Надо же, - добавила она, - это к какой-то нечаянности.
- К чему?
- Ну, к неожиданности какой-то. И гром, когда идет снег, тоже что-то означает.
- Мам, ты что, в приметы веришь?
- Верю - не верю, но знаю, - улыбнулась Лидия Михайловна.
- К хорошей неожиданности?
- Это кому как повезет.
Димка в приметы не верил, но мысленно перебрал всех своих больных, оценивая их состояние, а заодно на всякий случай положил бумажник во внутренний карман пиджака.
Но неожиданность подстерегала его с другой стороны.
В вестибюле больницы его поджидала взволнованная Зойка.
- Дмитрий Вадимович, мне надо с вами поговорить, - сказала она, увлекая его в самый дальний угол.
Новость Димку ошеломила.
- Как же так? - растерялся он. - Ты не ошиблась?
- Тесты показали, - сказала Зойка.
- Но ведь прошло всего ничего, чуть больше месяца. Ты уверена?
- Тесты показывают и меньший срок.
- Ну, это даже хорошо. По крайней мере, еще есть время все поправить.
- Нет, - решительно сказала Зойка, - я на это не пойду. Я боюсь. Я же врач, знаю, что бывает после первого аборта. Я не хочу рисковать своим здоровьем. К тому же и резус у меня... Да и не по-божески это... Ну что мне теперь делать? - Зойка отвернулась и заплакала.
- Не знаю. А от меня ты что ждешь?
Зойка молчала и тихонько всхлипывала.
- Ну, для начала ты хотя бы успокойся.
- Да-а, на меня теперь всю жизнь в деревне пальцами показывать будут. Заклюют все. И родные, и соседи. Да и ребенка обзывать будут. Скажут, нагуляла.
- А, кстати, ты уверена, что это именно я?..
- У меня же никого больше не было, - чуть не в голос зарыдала Зойка.
Димка оглянулся и посмотрел по сторонам, но на них никто не обращал внимания.
- Так. Во-первых, возьми себя в руки, - решительно сказал он, - мы все-таки на работе. А, во-вторых, нельзя обсуждать такой серьезный вопрос вот так, на бегу. Прежде чем принять какое-то решение, мне надо хорошо подумать. Честно говоря, я в шоке. Сейчас могу обещать только то, что затягивать с этим не буду.
Зойка молча кивнула.
- И я очень надеюсь, что никто не будет знать о нашем разговоре и вообще об этой истории.
Зойка опять кивнула и первая пошла в раздевалку.
- Да, это уже не шутки, - сказал Женька, когда Димка пришел к нему со своей бедой.
- У меня ощущение, что моя жизнь остановилась. Дальше я должен жить не так, как сам собирался, а так, как нужно кому-то другому, причем, совершенно чужому мне человеку, - сокрушался Димка. Я не хочу ее даже видеть, а не только жить с ней. Я люблю Ленку. Черт! О Ленке я теперь должен вообще забыть. Жень, я не знаю, что мне теперь делать. Это тупик.
- Не паникуй. Выход есть из любого положения, надо только его найти. У меня