И все как бы замерло в пространстве.
Может быть, и не совсем замерло, но совершенно точно замедлилось до черепашьих скоростей.
Полсон висел в воздухе.
Платформа отползала.
Шагоходы не стреляли.
Паладины медленно перегруппировывались, стараясь действовать как можно мненее агрессивно и провокационно.
Забавно, такое веселое месилово тут было, и все прекратилось из-за появления одного человека. И почему его Магистр с самого начала не позвал?
— Отдай Венец, — сказала Селена.
— И что будет? — спросил я.
— Я прекращу свою охоту на землян, — сказала она. — За исключением вон того парня.
Удерживая арбалет одной только правой рукой, левой она указала на Полсона. Что ж, этот ее выбор можно было понять.
Слишком имбалансная фигура, чтобы оставлять его в живых.
— Это все здорово, — сказал я. — Но что будет потом?
— Я принесу в Систему порядок и безопасность.
— Э… ну… — сказал я. — Не то, чтобы я пытался на что-то намекнуть, но с безопасностью у тебя уже один раз как-то не задалось.
— Ты на самом деле веришь, что мог бы протащить в мой мир целеуказатель, а я бы об этом ничего не знала? — спросила Селена. — Все случилось только потому, что я позволила этому случиться.
Как по мне, это было больше похоже на попытку сохранить хорошую мину при плохой игре. Типа, это мы не случайно продолбали все полимеры, мы с самого начала так и планировали.
— Почему? — спросил я.
— Потому что старик был прав, — сказала Селена. — Только тут — настоящая жизнь. А там была имитация и дожитие.
— И ты знала, что произойдет?
— Нет, — призналась она. Или сделала вид, что призналась. — Я не думала, что в системных мирах существует настолько разрушительное и дисбалансное оружие. Я ожидала вторжения… э… другими методами.
— И потому свалила заблаговременно? — уточнил я.
— Мы теряем время, — сказала она.
— Ты, может быть, и теряешь, — сказал я. — А мы просто тянем.
— Зачем?
— Такая у нас стратегия.
Платформа с основными нашими силами отползла уже на километр. Конечно, она до сих пор не покинула радиус поражения ультимативного скилла Полсона, но фора у ребят была уже неплохая.
С таким гандикапом можно и рискнуть.
Полсон то ли получил от Магистра какой-то сигнал, а то ли ему просто надоело висеть над полем внезапно прекратившегося боя и изображать из себя мишень. В любом случае, чем бы он ни руководствовался, он перешел к делу.
Выпростав вперед правую руку, он указал на один из шагоходов, и внутри механизма засверкали молнии коротких замыканий, а несколько секунд спустя от машины повалил дым.
Ее ноги подогнулись и она рухнула на выжженную землю прерии. А Полсон ткнул пальцем в следующий шагоход.
Похоже, этот его скилл не отрабатывал по большим площадям, и его каждый раз требовалось перезапускать.
Земля под нашими ногами снова задрожала, и Селена воспользовалась возможностью, выстрелив в меня из арбалета.
Я увернулся.
Я все таки номер два, а ее имени и на первой странице, наверное, нет.
Впрочем, я полагаю, что это был больше жест отчаяния, чем реальная попытка нанести мне вред.
Элронд, очевидно, принял решение. Взвесил все «за» и «против» в своем облачном мозге, смирился с грядущими потерями и решил принести Полсону гекатомбу.
Не знаю даже, на что он рассчитывал. На то, что Магистр не успеет?
Оставшиеся в строю шагоходы открыли огонь.
Прямо под Полсоном в земле раскрылась огромная воронка, из которой в небо выпрыгнул здоровенный червяк.
Вот и еще один штришок в картину ночных кошмаров, которые могли бы терзать меня по ночам, если бы я был хоть чуточку более чувствительным человеком.
Червяк был десять метров в длину, и три — в обхвате, а пасть, полная острых зубов, у него открывалась еще шире.
Впрочем, не думаю, что ему так уж нужны были зубы. Он мог бы проглотить Полсона целиком, и, наверное, в этом и состоял его план.
Тем более, что Разрушитель Миров был парнишка довольно-таки субтильный.
Было бы довольно иронично, если бы Разрушитель Миров был пожран гигантским червяком, порожденным больным воображением искусственного интеллекта, но у червяка не получилось.
Ему оставалось лететь до Полсона каких-нибудь жалких два метра, когда у того сработал тот самый его скилл.
Червь исчез.
Он превратился в облако пыли, которое по инерции пролетело еще несколько метров и полностью скрыло фигуру Полсона.