Глава 1. Пинок судьбы
Каким вы представляете раннее осеннее утро, встречаемое двумя студентками в однокомнатной квартире Санкт-Петербурга? Должно быть, такая картина выглядит весьма романтично: сквозь приоткрытые жалюзи пробиваются хрупкие лучи солнца, озаряя уютную комнату, обставленную лишь необходимой мебелью; всеми любимый кот мурлычет, свернувшись клубочком на своём пуфе; на тумбе, располагающейся возле мягкой кровати, уже стоят кружки горького кофе, источающего невероятно манящий аромат…
В подобном представлении, быть может, есть доля правды, однако придётся осознать тот факт, что в жилище наших юных особ всё выглядело немного иначе…
Во-первых, на пороге комнаты можно было заметить одиноко лежащий белый носок, предупреждающий царящий в помещении хаос, который был представлен валяющимися на полу конспектами, упаковками из-под печенья, а также горами прочих вещей, не заслуживших внимания своих владелец, спящих целых четыре часа в сутки. Во-вторых, гладкошёрстный рыжий кот по кличке Толик был не из спокойных зверей, так как каждое утро, в частности и описываемое, ввиду своей нетерпимости желал испить миску тёплого молока, а потому издавал всевозможные звуки, заставляющие слушателей думать об ампутации собственных ушей. В-третьих, никакого кофе не было и в помине, поскольку все его запасы иссякли ещё на прошлой неделе, во время сессии, свалившейся на второкурсниц факультета журналистики. В общем, каждый из нас способен по-разному отнестись к подобной обстановке: кто-то узнает в ней свой образ жизни, для кого-то она совершенно чужда. Не суть. Сейчас пойдёт речь о непосредственных создателях беспорядка…
Настоящим героем – первым человеком в квартире, сумевшим в пять часов утра продрать глаза, стала Мишель. Вскочив с кровати, она приготовилась испепелить назойливый будильник. Однако искрящийся в глазах девушки гнев был потушен сапом её подруги, крепко спящей в умилительной позе. Мишель, приняв спокойный вид, глубоко вдохнув и выдохнув, вырубила звенящий объект, после чего подошла к большому зеркалу, располагающемуся в углу комнаты. Она начала внимательно рассматривать своё отражение в нём, параллельно приводя себя в порядок.
Художник, пишущий портрет Мишели, отметил бы такие детали её внешности, как густые вьющиеся волосы цвета мокко, обрамляющие золотистого оттенка лицо; бархатные ресницы, подчёркивающие глубину шоколадных глаз; персиковый румянец, играющий на щеках. Кроме того, опытный модельер не прошёл бы мимо девятнадцатилетней студентки, разглядев в ней следующее: высокий рост, длинные ноги, талию песочных часов, родимые пятнышки на плечах, - все те достоинства, которые девушка усердно скрывает, нося стильную, но мешковатую одежду.
Расчесав волосы и собрав их в пучок, нанеся повседневный макияж, надев белую рубашку oversize и свободные серые джинсы, Мишель отправилась на кухню, где её ждал мяукающий во всё горло Толик, сидящий на холодильнике и сверлящий грозным взглядом свою опустошённую некогда миску, стоящую напротив. Расхохотавшись, девушка спустила зверя с «трона», после чего напоила его тёплым молоком и накормила сосисками. В качестве благодарности кот любя лизнул лодыжку хозяйки, замурчав. Мишель, обласкав животное, второпях приготовила яичницу и заварила две кружки зеленого чая, надеясь на скорое прибытие из мира сна своей соседки, которая, в свою очередь, не заставила себя долго ждать.
Стрелка висящих на стене часов доползла до цифры шесть. В дверях кухни показалась звезда сегодняшнего утра по имени София. Мишель, сделав маленький глоток горячего напитка, устремила свой взор на неё.
София была одета в кружевную сорочку, подчёркивающую изгибы её миниатюрного, но крайне женственного тела. Бледное от природы лицо юной особы выглядело гармонично с её длинными белоснежными волосами, что в школьные годы вызывало желание некоторых подростков завистливо назвать её куклой. Черты красавицы были свежи и привлекательны: правильный нос слегка посапывал; пухлые губы почти всегда расплывались в беззаботной улыбке; васильковые глаза славились способностью посылать игривые взгляды, но утонуть в них никому не грозило, поскольку они не были столь бездонны.
Подойдя к столу, блондинка уселась на стул, расположившись напротив своей однокурсницы.
–Утро доброе, Миша! – воскликнула она, добродушно улыбнувшись, пододвинув к себе тарелку с яичницей. –Ты зачем так рано проснулась, сегодня же воскресенье?
– Доброе, доброе…Я обязалась отвезти свои статьи Латунскому, чтобы он почитал их. Глядишь, на подработку к себе в команду возьмёт, – ответила девушка, устремив задумчивый взгляд на собеседницу.