Моя жена не обладала ни моим опытом, ни хладнокровием, необходимым для того, чтобы заметить эти особенности Фигуры. С поспешностью и непоследовательностью, свойственными ее полу, она тотчас же заключила, что неизвестная женщина проникла к нам в дом через какое-нибудь отверстие в стене.
– Откуда здесь эта персона? – воскликнула она вне себя от ревности. – Ты же обещал мне, милый, что в нашем новом доме не будет вентиляторов.
– Их и нет, – подтвердил я. – Почему ты думаешь, будто незнакомец – женщина? Насколько я осведомлен в распознавании по внешнему виду, перед нами…
– Мое терпение когда-нибудь лопнет из-за твоего распознавания по внешнему виду, – прервала меня жена и привела две поговорки, бывшие в ходу у представительниц слабого пола во Флатландии: «Ощупать – значит поверить» и «Лучше коснуться Отрезка Прямой, чем взглянуть на Окружность».
– Хорошо, пусть будет по-твоему, – согласился я, опасаясь вызвать ее раздражение. – Но коль скоро ты хочешь ощупать Незнакомца, необходимо сначала представиться ему.
С самым любезным видом моя жена направилась к Незнакомцу:
– Мадам, позвольте мне ощупать вас и быть ощупанной…
И, внезапно отпрянув, воскликнула:
– Да это не женщина! У Фигуры вообще нет углов, ни малейшего признака хотя бы одного угла! Неужели я вела себя столь непочтительно с совершенной Окружностью?
– В известном смысле меня действительно можно считать Окружностью, – раздался голос, – причем более совершенной, чем любая другая Окружность во всей Флатландии. Однако, строго говоря, я представляю собой множество Окружностей, образующих единое целое.
Затем голос мягко добавил:
– Мадам! Прошу извинить, но у меня имеется важное сообщение для вашего мужа, которое я не имею права передать в вашем присутствии. Если бы вы были так любезны и оставили нас на несколько минут…
Но моя жена не дослушала просьбу, которой вынуждена была затруднять себя совершеннейшая из Окружностей. Заверив нашего августейшего гостя в том, что ей давно уже пора покинуть нас, моя жена, рассыпаясь в извинениях за свое недавнее поведение, наконец удалилась в свои покои.
Я взглянул на песочные часы. Последние песчинки упали. Наступило второе тысячелетие.
16
О том, как незнакомец тщетно пытался на словах объяснить мне тайны Трехмерия
Как только предупреждающие возгласы, издаваемые моей женой, стихли в отдалении, я стал приближаться к Незнакомцу, намереваясь получше рассмотреть его и предложить ему сесть. Однако наружность Незнакомца настолько поразила меня, что я лишился дара речи и остановился как вкопанный. Не имея ни малейших признаков углов, Незнакомец непостижимым образом ежесекундно менял как размеры, так и яркость, не походя при этом ни на одну из известных мне фигур. У меня мелькнула мысль: а что, если передо мной взломщик или грабитель, какой-нибудь выродок из Неправильных Равнобедренных Треугольников, который, подражая голосу Окружности, сумел проникнуть в дом и теперь готовится пронзить меня острым углом при своей вершине?
Отсутствие тумана в гостиной (конец года выдался на редкость засушливым) мешало мне удостовериться в своей догадке с помощью распознавания по внешнему виду, в особенности со столь близкого расстояния, на котором я находился от Незнакомца. Вне себя от страха я бесцеремонно бросился вперед и со словами «Прошу простить меня, сударь, но…» ощупал его. Моя жена была права. У Фигуры и в помине не было углов. Контур ее был лишен даже малейших неровностей или несоразмерностей. Никогда в жизни я не встречал более совершенной Окружности! Незнакомец стоял неподвижно, ожидая, пока я обойду его. Я описал вокруг него полный круг, начав с глаза и вернувшись к нему же. Незнакомец со всех сторон был круглым. Идеальная, совершенная Окружность без малейшего изъяна – в этом не оставалось никаких сомнений. Затем последовал диалог, который я постараюсь передать по памяти как можно более точно, опустив лишь мои пространные извинения. Я весь пылал от стыда и унижения при мысли, что я, Квадрат, виновен в столь чудовищном нарушении приличий, как ощупывание Окружности. Диалог открыл Незнакомец, которому наскучила несколько затянувшаяся церемония представления.