— Верю, что у меня всё получится… Однажды…
— Одной лишь веры недостаточно! — голос собеседницы стал мягче. — Она ведь ждёт тебя… Она… Она… Я…
— Я знаю! — громко сказал Стуков.
— Я жду тебя! — вырвалось из устройства с надрывом, а его трещины вспыхнули ярким багровым свечением. — Почему ты не идёшь за мной? Почему оставил меня в этом… мрачном месте?! Ты же прекрасно знаешь о том, какие твари здесь водятся!
Охотник стиснул зубы. В висках резко застучало.
— Как ты считаешь? По какой динамике должны развиваться события, чтобы я не чувствовала себя брошенной?
— Я собираю их всех, чтобы набраться сил! — рванулось из груди Алексея, превратившись в рёв.
Наступила условная тишина — только вечный дождь стучал по навесу, порождая незначительное раздражение. Потом послышался шёпот. Тёплый и родной, отдающий нотками речи любимого человека:
— Дорогой мой… Я с тобой… Я рядом…
Стуков зажмурился:
— Не начинай… Прошу тебя…
— Просишь? Ты время от времени по собственной воле общаешься со мной, и мы практически безостановочно проходим через эти исковерканные наплывы прошлого вновь и вновь…
— Знаю… И продолжаю слушать тебя в надежде получить что-то новое. Так может, это случится именно сейчас?
Но сущность не поддалась. Женственность испарилась — в голосе остался только холодный, безличный металл:
— Ты знаешь, что там случилось. Ты видел, как она исчезала… ТЫ ВИДЕЛ, КАК Я ИСЧЕЗАЛА! И ты ничего не сделал…
— Я не мог.
— Не мог? Или не хотел? — шипело из устройства. — Ты выбрал бегство. Ты оставил её… МЕНЯ! А потом… потом ты вставил отголоски её сознания в эту невыносимую квадратную тюрьму. И теперь тешишь себя её воспоминаниями, заражёнными… ЕГО БЕЗУМИЕМ!
Охотник сжал приспособление, ощущая немыслимый жар:
— Ты не она.
— Разве? И ты в это веришь? — собеседница рассмеялась. — Я помню её боль. Страх Алины был всепоглощающим… А последний взгляд? Она смотрела на тебя такими испуганными глазами… С такой надеждой!
Откуда-то из здания морга послышались нечеловеческие приглушённые вопли — Алексей резко поднял голову.
— Мы обязательно поговорим позже, — бросил он, заворачивая изобретение обратно в шкуру.
Но из своеобразной защиты всё ещё доносилось тихое бормотание:
— Ты не убежишь. Ни от меня. Ни от неё. Ни от него…
Тьма сомкнулась над заточённой сущностью, подобно сгущающимся тучам, одолевающим последнюю ясность неба.
Морг Сектора 71 походил на брошенный некрополь, состоявший из множества подземных уровней. В целом, вид был, как и у остальных специализированных зданий для хранения трупов. Краска облупилась из-за кислотных испарений. Окна давно прикрыли металлическими пластинами. Основная дверь, массивная и стальная, казалась довольно свежей, будто её установили с несколько месяцев назад. Справа еле держалась потрёпанная табличка «Режим работы — Круглосуточно». Ниже было накарябано «Отдайте тело отца!!! Бесчеловечные ублюдки!!!»
Волков нажал на звонок. Где-то внутри прозвучал глухой гудок, но ответа не последовало. Ни шагов, ни голосов. Только бесконечный стук дождя по крыше.
Нахмурившись, Александр молча направился к чёрному входу, который находился в длинном проулке с мусорными баками и хлипкими навесами. На замке служебной двери висело некое приспособление — серебристый цилиндр с невероятно тонкими извивающимися свёрлами, вгрызающимися в механическое устройство для запирания. Странное творение жужжало, словно раздражённая оса, временами срываясь на скрежет. Вид происходящего сразу напомнил детективу о взломе сейфов с помощью «Бур-Машины», но этот образец выглядел компактнее.
Волков уже протянул руку к изобретению, однако резко замер, увидев блеклые, еле заметные пылинки. Они витали над поверхностью, покрытой слоями грязи и жёлтыми пятнами.
— О чём-то таком говорил администратор гостиницы… — подумал Александр, прищурился и, рассматривая мерцающий след, мгновенно развернулся.
Удар в челюсть детектива прилетел в тот же миг. Боль вспыхнула белым светом, но на ногах Волков устоял. Перед глазами мелькнула тень — высокий силуэт в плаще, движущийся неестественно плавно, будто скользя в пространстве. Волков выхватил пистолет, но незнакомец оказался быстрее и выбил оружие. Оно с глухим стуком упало неподалёку.