Через мгновенье это нечто повернуло к Кате свою жуткую морду, но она уже бежала. Вниз, по скользким ступеням, мимо заброшенных магазинчиков разного типа, в направлении лабиринта искорёженных вагонов. Девушка неслась без остановки, стараясь не сталкиваться с остальными людьми, чтобы не повторить ошибку с невольным заражением, и слушала вой за спиной — гнетущий, порождающий непрерывную дрожь.
Катя чувствовала, как Тленник отрывисто смеётся, периодами тяжело вздыхая, и не видела, что её некогда голубые глазки заливаются тёмным пигментом, олицетворяя неизбежную потерю самой себя.
Глава 9
Автомобиль резко остановился, выплевывая клубы едкого дыма.
— Как и говорил перед началом поездки, — писклявый голос водителя прорезал тишину, а сам он даже не повернулся. — Дальше не поеду. Не хочу лишиться машины, конечностей или жизни… Так что… С вас четырнадцать ЕКВ.
Стуков молча протянул пластиковую карту к терминалу. Экран мигнул красно-зелёным, подтверждая транзакцию. Волков плотно сжал губы — у него баланс уже опустел, несмотря на недавний займ у Жмакина до посещения бара, и обсуждать с Алексеем собственную платёжеспособность было крайне неудобно.
Владелец автомобиля нервно постучал пальцами по рулю. Его глаза, мутные от бессонницы, метнулись по монитору для наблюдения за пассажирами, задержавшись на сумке у ног Охотника. От неё конкретно разило — эта вонь перебивала запах пластика и застоявшиеся кисляки салона. Если бы водитель знал, что везёт с собой Стуков, мужика наверняка бы вырвало. В общем-то, он не рискнул задавать вопросы. Лишь сглотнул, вцепился в руль и пробормотал:
— С главной дороги сворачивать не рекомендую. И да… Когда вас тут начнут убивать… Обязательно! — владелец машины угрожающе потряс пальцем. — Слышите? Обязательно звоните кому угодно, но не моему оператору. Мы любим деньги, но не настолько, чтобы брать заказы именно отсюда.
Стоило им выйти, и двери автоматически захлопнулись. Шины взвыли, разбрызгивая грязь — автомобиль мгновенно развернулся и рванул прочь.
Дождь, фактически вечный и раздражающий, струился по убогим каркасам небоскрёбов, превращая улицы в болото из кислоты и мусора. Тени редких прохожих прятались под козырьками — их силуэты расплывались в серой мгле, будто Сектор 5 медленно переваривал последних живых.
Александр шагал, чувствуя, как вода просачивается сквозь прорехи в плаще, и периодами морщился из-за дискомфорта. Алексей особо не парился — шёл, не обращая внимания на непогоду.
— Когда доберёмся… — начал детектив. — Что дальше?
Уголок рта Охотника дёрнулся — усмешка или оскал… Волков так и не понял.
— Дальше? — он бросил взгляд в сторону, туда, где тьма между зданиями сгущалась, подобно застаревшей крови. — Будет то, ради чего меня наняли.
И в его голосе не было ни жалости, ни сомнений. Только холодная уверенность судьи, уже вынесшего приговор.
— Мы должны это обсудить, — добавил Александр. — Нужно, чтобы она осталась жива.
Стуков не остановился. Лишь замедлил шаг и на миг повернул голову — пронизывающий взор впился в детектива, но безмолвие не успело загустеть.
— Твой меч… — Волков намеренно сделал паузу, ловя реакцию. — Говорил о каком-то изгнании.
Алексей резко вдохнул — ноздри дрогнули, а пальцы непроизвольно сжались. Не терпение, а сдержанная ярость.
— Не он… Она… — голос Охотника стал низким. — Эта сущность заточена в клинке. Она из их мира. Да, не такая, как Тленник… Методы другие, влияние иное… Но разве это что-то меняло для её жертв?
Дождь застучал по навесам громче. Александр ощутил капли, стекающие за воротник — даже не среагировал. Тема была слишком важна.
— Изгнание… — Стуков оскалился, обнажив зубы. — Очень рискованно. Есть вероятность, что город этого не переживёт, равно как и я. А это… Неприемлемо.
— Вероятность… Но это не значит, что катастрофа неизбежна… Выходит, что шансы есть?
— Шансы? — Алексей внезапно остановился и развернулся. — Просишь рискнуть жизнью. Почему? Потому что ты этого хочешь?
— Я прошу спасти девочку, — голос детектива задрожал. Не из-за страха, а от злости. — Её втянули в это дерьмо не по своей воле!