Детектив кивнул, сжимая лом. Его пальцы онемели от напряжения, но в груди горело странное, почти лихорадочное тепло.
Через короткий промежуток времени они добрались до развилки. Было два пути. Оба в полумрак с мигающими лампочками. Левая ветвь — разрушенные парфюмерные ряды вдали и развороченный медицинский пункт на последнем перекрестии. Правая — узкий коридор, ведущий к платформе. Проблема заключалась в том, что ни один из них не был тут ранее и совершенно точно не знал о правильном выборе. В информации, полученной Стуковым от администрации, полностью отсутствовали пометки о Секторе 5. Надписи на указателях давно стёрлись, а из обоих коридоров доносились жуткие звуки и вопли, больше напоминающие предсмертные хрипы.
Алексей вытащил компас. Стрелка бешено вращалась, словно пойманная в вихре безумия.
— Слишком много заражённых. Если рассчитывать только на мои силы, можем заплутать, — пробормотал он, засовывая прибор обратно в карман и переводя взгляд на Волкова. — Подсобишь?
— Чем? — удивился Александр и сразу догадался. — Видениями? И как мне это контролировать?
— А мне почём знать? — развёл руками Охотник. — Сконцентрируйся, разозлись, если надо… Вся эта муть завязана исключительно на эмоциональном фоне. Попробуй, как минимум.
— Ладно… — прошептал детектив.
Волков закрыл глаза. Впервые за всё время он попытался — не просто случайно окунулся, а потянулся к видению самостоятельно. Размышляя о дочери и Тленнике. Гоняя мысли без продыху.
— Ну? — сбил его Стуков.
— Сейчас! — выпалил Александр в гневе.
— Какие мы пылкие, — хихикнула сущность в мече.
Детектив вновь зажмурился и стиснул зубы, а затем ощутил пульсацию, исходящую от всепоглощающей тьмы. Внезапная боль в височном разъёме стала катализатором.
Катя стоит на этой же развилке, поглядывает по сторонам, выбирая. Потом — резкий поворот направо и рывок.
Волков мигом вернулся в реальность, чуть пошатнувшись.
— Сюда, — сказал он, вытирая пот со лба. — Уверен на все сто.
Алексей оценивающе посмотрел на него и кивнул:
— Тогда вперёд.
Они шагнули в коридор и достигли платформы быстрее, чем ожидали.
Разрушенные колонны, будто сломанные кости, торчали из бетона. На железной дороге располагались вагоны, давно превратившиеся в импровизированные жилища. Где-то в темноте капала вода — медленно, словно отсчитывая последние секунды перед концом.
Детектив резко замер, закрыв глаза ненадолго, и снова увидел девушку.
— Там, — выдохнул он, указывая дрожащей рукой на покорёженную дверь бывшего служебного помещения.
Охотник стремительно направился к цели. Без тени сомнения.
— Стой, — Волков схватил его за плечо. — Какие мысли касательно помощи? Как мы это сделаем?
Стуков нервно вздрогнул и напрягся. Пальцы свободной кисти сжались в кулак.
— Достаточно… — процедил Алексей тихим голосом. — Я устал от этого бреда. Нет никаких мы. Есть только я и моё решение. Считаешь, я не обдумывал это? — он развернулся, и в его взгляде не было сожаления. Лишь гадкая пустота. — Слишком много рисков на фоне заражения такого масштаба… Спасения не будет. Остаётся работа. Самая обычная работа, которую я выполню… Нравится тебе это или нет.
Александр не отступил:
— Прошу тебя… Пока по-хорошему прошу тебя о помощи.
Охотник засмеялся — коротко и сухо, а затем криво ухмыльнулся. Морок ничего не сказала. Только протяжно охнула, осознавая — к чему всё идёт.
— Серьёзно? — отрицательно покачал головой Стуков. — Ты не потянешь.
— Пожалуйста…
— Нет!
Детектив двинулся быстрее, нежели можно было ожидать от человека — пусть и не совсем простого в силу остаточного влияния Тленника. Лом, липкий из-за крови и пота, перелетел в левую руку, а правая сжалась в кулак и со всей яростью отчаяния врезала Алексею в скулу. Удар получился резким и точным — выверенный выпад, который мелькал среди размышлений с десяток раз.
Брови Охотника взметнулись вверх. В его глазах пронеслось не удивление, а скорее холодное любопытство — будто вдруг пришло осознание о недооценённости Волкова.
Пространство вокруг Стукова дрогнуло, и в следующий миг он уже был за спиной Александра. Руки сомкнулись в захвате, но детектив, словно предугадав, молниеносно отпрыгнул, оставив Алексея ни с чем.