Александр поднялся по лестнице, минуя этажи, где в полумраке мелькали тени местных жителей. Неподалёку плакал ребёнок, кто-то ругался, периодами слышались стоны — вполне обыденный вечер.
Квартира 317 была не закрыта. Детектив нахмурился, медленно вытащил пистолет и толкнул створку двери ногой. В ноздри тут же ворвался запах сладких ароматизаторов.
— Катя? — тихо произнёс Волков, но ответа так и не дождался.
Девушка, разумеется, отсутствовала.
Общая площадь казалась крошечной. Кухонька, заваленная пустыми упаковками от синтетической еды. Крохотный санузел с треснувшим зеркалом. Да и зал с незаправленной кроватью, кривым шкафчиком и парой дырявых ящиков для хранения бытовых вещей.
На стенах мерцали голографические постеры чудесных космических далей. Среди них выделялся один — старый, потускневший герб планеты Калиновка в форме экзотического цветка с десятками лепестков. Он напоминал лоскуты с лица бабки. Фактически идеальное сходство. Только здесь суть символа заключалась в райском уголке далёкого мира, где нет кислотных дождей, земля плодородна, а люди не торгуют телом от безысходности.
Александр осознал очевидную связь Красной с убийством старухи, но почему-то верил, что Катя ни в чём неповинна — какая-то странная непроизвольная мысль…
Поймав себя на цикличности необъяснимых размышлений, детектив подошёл к кровати и наклонился. Сразу заметил тёмно-синее пятно на постельном белье. Небольшое, уже подсохшее, с мелкими алыми вкраплениями — словно некто смешал краситель и кровь, а потом вылил это сюда. Рядом, на полу, валялся браслет девушки. Он всё так же светился бирюзовым восклицательным знаком. Волков поднял его. Экран явно треснул, но устройство ещё работало. Последние показания сообщали о критическом уровне токсинов.
— Что с тобой случилось? — негромко спросил Александр и в очередной раз ощутил мимолётный зуд в височном разъёме.
Детектив начал поиск зацепок с ящиков. Одежда, упаковки от таблеток, пустые флаконы из-под дезинфицирующих средств. Ничего необычного. Затем в ход пошёл кривой шкафчик. Там висело несколько прозрачных плащей эротического характера. На нижней полке лежала коробка с бижутерией — дешёвые кольца, браслеты, цепочки с напылением. И среди всего этого выделялся небольшой блокнот с кожаной обложкой.
Волков поднял его, ощущая под пальцами шершавую текстуру. Первые тридцать страниц содержали много каракулей, цифр, обрывков фраз. Александр нахмурился, преодолевая несуразицу, и в середине наткнулся на дату заказа, связанную с телепатическим сексом. Текст пестрил плотностью.
Детектив достал микрокомпьютер и перечитал сообщение от Глеба. Особенно ту часть, в которой бабка делала заметки о подозрительности Красной — она была замечена за ведением личной отчётности в виде неких скрытых шифров. Волков ещё раз просмотрел страницы, и догадка о конкретном методе Кати подтвердилась. Первые буквы коротких строк складывались в информацию.
— Пусть и просто, но умно, — ухмыльнулся Александр.
Через каких-то десять минут детектив выявил то самое место, куда сводница отправила девушку на заказ. Гостиница «Грань».
За окном грянул гром, и свет в зале на мгновение погас. Над кроватью Волков заметил слабое свечение, похожее на голографическую метку. Он подошёл ближе. Надпись была едва читаемой:
— Ты снова завалишь дело…
Александр почувствовал, как по спине пробежал холодок, протёр веки и, когда посмотрел на послание ещё раз, понял, что оно исчезло.
— Какого хера? — процедил детектив.
Сзади раздался скрип. Волков резко обернулся и выставил пистолет.
— Не стреляй! — взвыл мужик в рваном плаще. — Бери любые ценности! Только не стреляй!
Из-за неисчислимых шрамов лицо неизвестного походило на истёртую наждачкой ткань. Один глаз мутный, другой бионический, но явно дешёвый и с перебоями в работе.
— Кто такой? — Александр не опустил оружие.
Бедолага кашлянул, хрипло замялся:
— Я… Арендодатель…
— Где Катя?
— Откуда мне знать… Вчера ушла и не вернулась. Слышал, как дверью хлопнула. Больше она не появлялась.
Детектив стиснул зубы от раздражения:
— К ней кто-нибудь приходил?
Мужик задумался, почесал густую щетину:
— Кроме тебя, никто… Вроде…
Волков тяжко вздохнул, убрал пистолет и направился к выходу.