Не следует думать, что непривязанность — это природа некоторых избранных, это природа каждого. Когда есть сознание, оно всегда выше привязанности и отвержения. Наш высший разум превосходит как привязанность, так и отвращение. То, что в своем поведении, в сознании привязывается к чему-то, это уже другой вопрос, или то, что оно отвергает что-то. Это просто один из видов поведения, это подобно глазным векам, которые открываются и закрываются, когда им это нравится.
Если меня оставить наедине с моим сознанием, привяжусь ли я к чему-то или отрекусь ли я от чего-то? Ни то и ни другое. Привязанность и отречение происходит во взаимоотношениях с другими. Если я скажу, что мистер Икс привязался к кому-то, вы немедленно спросите: «К кому?» или «К чему?» Как можно привязаться без другого? Точно так же, если я скажу, что мистер Игрек чувствует отвращение, вы снова спросите, к чему или к кому, потому что отвращение также возможно только в отношении к кому-то или к чему-то. И привязанность, и отвержение отражают взаимоотношения, они принадлежать нашему поведению, а мы — это и ни то, и ни другое внутри.
И очень важно понять, что у нашей внутренней природы есть свое собственное поведение, и так как вопрос касается этого поведения, я могу быть привязанным к какому-то человеку сегодня, и могу отвергнуть его завтра, потому что это все принадлежит к миру поведения. Если я чувствую отвращение к кому-то сегодня, я могу почувствовать привязанность к этому человеку завтра, и дело не в том, что я могу быть и привязанным, и одновременно чувствовать отвращение. Это вполне возможно, я могу одновременно быть привязанным к чему-то и чувствовать отвращение; быть привязанным к какой-то части личности и чувствовать отвращение к другой части. Мы часто находимся в противоречивых взаимоотношениях с одним и тем же человеком или с одной и той же вещью, и мы испытываем одновременно и привязанность, и отвращение, но одно определенно: привязанность и отвращение принадлежат к нашему поведению, а не внутренней природе. Поведение означает то, что мы попадаем в какие-то взаимоотношения с другим человеком, или с какой-то вещью, или с какой-то идеей, но наличие другого — это обязательное условие. Поведение невозможно без другого, невозможно это также тогда, когда вы одиноки.
Внутренняя природа означает то, что находится в уединении. Уединение — это внутреннее качество внутренней природы, внутренняя природа — это уединение. Если меня оставить полностью в уединении, если не будет рядом никаких людей, никаких вещей, никаких образов, если я буду в тотальном уединении, то разве я буду испытывать привязанность или отвращение в этом состоянии? Нет. И привязанность, и отвращение совершенно несущественны в полном уединении, потому что взаимоотношения, когда я и включаю взаимоотношения, когда я остаюсь один, я становлюсь непривязанным и неприкосновенным.
Я так длинно объясняю это для того, чтобы вы правильно поняли смысл и важность непривязанности в контексте и в связи со словами, и когда вы поймете их правильно, вы легко подойдете к непривязанности.
Но привязанность и отвращение — это те отношения, в которых нужен другой, и этот другой очень важен. Без другого эти слова будут бессмысленны, и как раз из-за этого другого и привязанность, и отвращение превращаются в зависимость, в рабство. В обоих случаях мы зависим от других, поэтому человек привязанный — это раб, человек, который чувствует отвращение — это также раб, но только противоположного типа. Отнимите сейф того, кто стремится к богатству — он может даже умереть из-за этого, но если вы поставите сейф с деньгами в комнату человека, который испытывает отвращение к богатству, он не сможет спокойно спать.
Тот, кто очень привязан к сексу, не может жить без женщины или без мужчины, но если вы поместите человека, который яростно следует целибату, вместе с прекрасной женщиной или мужчиной, они будут испытывать хаос внутри. И те, и другие находятся в зависимости, в рабстве, они зависят от другого, и неважно, есть другой или нет — он может быть воображаемым, но другой стал неотъемлемой частью их бытия. Они не могут думать о себе в отрыве от другого. Жадные не могут думать о себе без денег, а отреченные не могут думать о себе без ассоциаций с теми же деньгами. Другой всегда присутствует, и он в центре того и другого.
Если вы понимаете этот аспект поведения, непривязанности, вы узнаете, что изменение в поведении ни к чему не приводит. Часто происходит так, что человек привязанности отдает все, что у него есть, просто потому, что реагирует очень остро на все то, к чему он привязан; подобным образом человек отреченный превращается в мирского человека и снова начинает бегать за деньгами, за властью, за положением. Люди, которые добились большого успеха в жизни, приходят ко мне и говорят: «Во мне путаница. Я бы хотел избавиться от этого». Также приходят отреченные и тоже говорят, что они совершили ошибку из-за того, что оставили этот мир. Кто знает, может быть, там действительно есть что-то достойное? А они это упускают.