Очень важно то, что тот, чья дисциплина направлена на то, чтобы возвыситься над сексом, дисциплина того, кто отрицает свою собственную мужскую природу и отказывается принимать женскую природу женщины, кто относится к вопросу о сексе как к мирскому, как к недуховному, кто ставит духовные ценности намного выше мирских, тем не менее, привлекает женщин. Ирония в том, что женщины не имели права касаться Махавиры, они даже не имели права сидеть в его присутствии, и, тем не менее, они сходили с ума от него.
Кстати, я должен сказать в этом отношении, что жизнь Махавиры, его учение никогда не рассматривалось так. Так можно рассматривать его. Помните о том, что у него было тридцать тысяч женщин-учеников. А если мы заглянем в глубину десяти тысяч учеников-мужчин, которые были у Махавиры, то мы обнаружим в них очень много женственности. По-другому быть не может. Не думайте, что у каждого мужчины мужской ум, а у каждой женщины женский ум.
Ум не всегда находится в гармонии с телом, или можно сказать, что он находится в меньшей гармонии, чем мы думаем. Это неоднократно наблюдалось: мужчина имеет мужское тело, но его ум может иметь женские наклонности. Если была бы возможность исследовать ум монахов-учеников Махавиры, мы бы знали, что у них, в основном, женские наклонности, женская природа. Так и должно быть, потому что Махавира и любой человек, подобный ему — выражение мужественности — не может привлечь вас до тех пор, пока у вас не будет сильных женских наклонностей внутри, потому что Махавира — это только половина причины того, что к нему притягивается, а другая половина состоит из тех, кто притягивался.
В этом отношении положение Кришны необычно и редкостно. Кришна не отрекся от мира, не отрекся ни от чего, и он принимает жизнь во всей ее полноте, и поэтому не следует думать, что женщины могли быть рядом с ним только в качестве монахинь и аскетов. Не следует думать, что они могла наблюдать за ним только на расстоянии. Нет, они могли свободно танцевать вместе с ним, петь; они могли делать магхару — это особый вид танца, в центре которого был Кришна. Поэтому совсем неудивительно то, что тысячи женщин собрались вокруг него. Это вполне естественно, это очень просто.
Поэтому Будда — это совершенный мужчина. Есть необычная история, которая связана с его жизнью. Когда, после того, как он достиг просветления, он обратился к лицу Дхаммы, он провозгласил, что он не будет давать посвящения женщинам в свою сангху, в свою общину. Он сделал это из-за опасности того, что если бы он это сделал, то у мужчин всегда была бы внутренняя склонность общения с женщинами. Опасность была в том, что рядом с таким излучающим человеком, как Будда, женщины могли бы обжечься, как мотыльки, и они был наполнить сангху своим количеством.
Не следует думать, что женщины бы приходили к нему просто ради духовного роста. Притягательная сила Будды, его аскетическое мускулистое тело послужило бы немало в том, чтобы притягивать их. Не следует думать, что гопи, пастушки, которые окружали Кришну, притягивались к нему из-за того, что хотели осознать Бога. Нет, их притягивал сам Кришна, и быть с таким совершенным человеком было само по себе блаженством. С их точки зрения, он был не меньше, чем самим Богом. Из-за того, что Кришна не выбирал, его совершенно не волновало, почему они приближались. Он принимал их без условий. Но Будда не лишен выбора, у него есть свои склонности, свои условия для того, чтобы принимать кого-то.
Поэтому Будда упрямо отказывался принимать женщин в свою общину, и он сопротивлялся давлению, которое на него оказывали женщины, которые очень сильно протестовали против его решения, и только после продолжительных уговоров и давления с их стороны Будда, в конце концов, согласился на их требования и разрешил им влиться в свою общину, начал давать им посвящение. Это легко понять: почему Будда так долго отказывался давать им посвящение — потому что он прекрасно знал, что девяносто девять женщин из ста придут к нему не для того, чтобы обрести просветление, но из-за самого Будды. Это так очевидно, что Будда продолжал сопротивляться, пока, в конце концов, женщины не уговорили его, не разоружили его. Это смогла сделать одна женщина, это действительно очень редкостная женщина, такая же редкостная, как сам Будда. Эта история прекрасна.