— Что так долго? — кричу ему я, вонзая клинок в спину одного из врагов.
— Возникли небольшие трудности, — раздается голос у меня в голове. — Чуть не порвали меня на британский флаг.
— Шестидесятки?
— Псионики! — оскалился Тла’кааш. — Ненавижу б… псиоников.
Мне показалось или мой новый друг научился материться?
— И где ты слова-то такие выучил? — удивился я.
— С кем поведешься! — ответил зверь и бросился к новому противнику.
Спустя минуту все было кончено. Все ближники были мертвы, я получил семидесятый уровень, а около валуна лежал едва живой, изодранный Тла’каашем псионик.
— И зачем ты сохранил ему жизнь?
— Не знаю. Что-то почувствовал. Он явно знает чуть больше других.
— Хм, интересно, — пнул ногой лежащего в позе эмбриона псионика. — Ты там живой?
Тишина.
— Я с тобой разговариваю. Давай, рассказывай.
— Да пошел ты! — просипел игрок и харкнул кровью мне под ноги.
— Мда, как-то не задалась беседа. И с чего ты взял, что он хочет мне что-то рассказать?
— Ну, не то чтобы хочет, — посмотрел на меня Тла’кааш, прищурив один глаз. — Зато точно кое-что знает. То, что тебе будет очень интересно.
— Окей. Значит, сотрудничать ты не хочешь. Тла’кааш, друг, отгрызи ему что-нибудь не очень ценное. Для начала.
После моих слов, псионик вздрогнул и с вызовом посмотрел на меня.
— Я тебе ничего не скажу, можешь не пыта… — начал, было, наш пленник, но тут зверь вцепился зубами ему в кисть правой руки. — Пусти! Тва-а-арь!
— Достаточно, — дал я мысленную команду и Тла’кааш отступил в сторону, после чего выплюнул на песок четыре откушенных пальца.
— Тва-ари! — продолжал завывать пленник, баюкая покалеченную руку. — Вы поплатитесь за это, будете страдать, долго и мучительно, а когда мы наиграемся с вами, то будете стерты. Навсегда! А я не скажу тебе ни слова.
— Ну, это мы еще посмотрим, — я достал из рюкзака А.С.П.И.Д. и поместил устройство на левой ноге псионика. — Знаешь что это?
Пленник кивнул.
— Если ты надеешься уйти на перерождение, то ничего не выйдет, — сказал я и высыпал на песок дюжину капсул с восстанавливающей жидкостью. — Разговор будет длинный. Тла’кааш.
Но как бы мы не старались, нам так и не удалось вытянуть из псионика информацию. Он кричал, проклинал, угрожал, умолял, но так ничего и не рассказал. И ведь он просто не мог нам ничего рассказать физически. Все это время Тла’кааш, используя свой ментальный дар, пытался пробиться сквозь мастерски выставленный барьер в сознании пленника. Кто-то потратил немало сил, чтобы защитить важную для себя информацию. И пусть до самой информации добраться так и не удалось, зато нам стало известно, что барьер поставлен таким образом, что при попытке раскрыть информацию, психоматрица персонажа стиралась, а вместе с ней и все тайны Ордена.
Поэтому, спустя полчаса, после того как мы окончательно убедились в тщетности своих попыток выведать из врага стратегически важную для нас информацию я отсек игроку голову, передав напоследок главе Ордена.
— Ну, и что думаешь? — поинтересовался у меня Тла’кааш, после того как я отправил пленного игрока на перерождение.
— Даже не знаю. Ментальный блок, у рядового бойца Ордена. Как-то странно не находишь?
— Вот и я о том же. Меня не покидает мысль, что мы что-то упустили.
— Ладно, давай решать проблемы по мере их накопления, — вспомнил я фразу одного литературного персонажа. — Сваливаем отсюда, пока они опять не понабежали.
Но как ни странно, но ни в этот, ни на следующий день на нас больше никто не напал. Мы почти добрались до Порта. И это затишье меня очень нервировало. Ибо затишье бывает, как известно, перед бурей.
До Порта мы добрались на следующий день, но так как срок встречи с моими потенциальными союзниками еще не настал, в город решили не заходить. Поэтому оставшиеся до встречи два дня мы провели с пользой, охотясь в небольшой долине в половине дневного перехода от города. Монстры в этой локации были восьмидесятого-девяностого уровней, и будь я по-прежнему один, то, наверное, не стал бы связываться с ними за два дня до встречи с Карачуном и Бомбой, однако Тла’кааш сделал охоту на полуметровых восьмилапых ядовитых кузнечиков детской забавой. У монстров обнаружилась уязвимость к ментальным атакам зверя. Тла’кааш вешал на инсектов тридцатисекундный дебафф, после чего я быстро обездвиживал насекомое и отправлял его в инсектойдный рай. В среднем за одного кузнечика я получал порядка трехсот тысяч опыта, так что спустя два дня непрерывного фарма, когда я подошел к воротам Порта, на моем счету было почти полторы сотни невинно убиенных инсектов и семьдесят седьмой уровень. Полученные за уровни очки разделил между псионикой и ловкостью, догнав первую до сотни, за что получил долгожданное увеличение модификатора и две сотни бонусных очков энергии.
К сожалению, записать Тла’кааша своим питомцем не получилось, так как по определенным причинам уровень питомца не может превышать уровень хозяина. Тла’кааш же опережал меня на двадцать два уровня, и поэтому мне пришлось оставить его за городской стеной, поддерживая с ним ментальную связь. Ну, а Пожиратель под личиной Алисы, как оказалось, уже несколько дней находился в портовом городе и сообщил, что интересующие меня игроки прибыли в поселение рано утром.
В город вошел без приключений. Дежурившие на КПП бойцы уточнили, имеется ли у меня универсальная ключ-карта и после того как я ее предоставил, скинули на нее пакет со всей необходимой мне информацией и отпустили восвояси. Как я и ожидал, помимо городского устава и прочей правовой и рекламной информации в переданном пакете данных нашлась и подробная карта города. Поэтому спустя двадцать минут, немного поплутав по извилистым улочкам города, я добрался до кабака со звучным названием «Пьяный Кракен».
Питейное заведение располагалось в небольшом, укрепленном одноэтажном здании, сложенном из огромных каменных блоков, подогнанных друг к другу с филигранной точностью. В узкие окна-бойницы вмонтированы массивные, сантиметров пять в диаметре, изогнутые стальные прутья, выполняющие роль решеток. Подобные решетки, как я усел заметить, присутствовали в окнах каждого здания города без исключения. Вход в кабак преграждала массивная стальная дверь, в центре которой красовалась искусно выкованная фигура морского чудовища, в щупальцах которого были зажаты несколько пузатых бочонков и кубков. По обе стороны от двери стояли вооруженные угрюмые парни в тяжелых доспехах. Сфокусировал взгляд над головами вышибал и мысленно присвистнул.
Клаус, уровень 147. Клан «Портовые грузчики».