— Вы уже наладили с ними контакт?
— В достаточной степени, чтобы уговорить прыгнуть на какую-нибудь безлюдную планету — да. Мы уже понемногу выводим их в космос — с ограничителями прыжков, естественно, чтоб не сбежали. Но повторно встретившись со своей стаей, они, скорее всего, об этой лояльности напрочь забудут.
— Так… а на какой предельной дистанции они могут ощутить свою стаю?
— Пять световых часов примерно.
— Отлично. Больше нам и не понадобится. Возвращайтесь к себе и ждите распоряжений.
Прыжок. Разгрузить подвесные контейнеры. Прыжок. Сбросить пустые контейнеры. Подвесить новые, полные. Прыжок. Разгрузить…
Конечно, рейдерам не очень нравилось, что их, благородных небесных рыцарей, заставляют таскать грузы, словно какую-то вьючную скотину. Но они чувствовали важность и нужность исполняемого дела, чувствовали благодарность при каждом прикосновении новых хозяев. Это отчасти примиряло с дискомфортом. А ещё они впервые за много недель получили возможность прогуляться и подышать свежим вакуумом, что изрядно подняло им настроение.
Пять рейдов, по двадцать лёгких рейдеров и один тяжёлый в каждом. Итого — 125 тонн груза. А также двадцать дронов Коллекционеров и два (весьма ошарашенных) человека в скафандрах. Коллекционерам скафандры не требовались, только дыхательные установки — их экзоскелеты легко переносили вакуум.
С удивительной быстротой и точностью, координируемые разумом Главного с расстояния в тысячу световых лет, дроны принялись собирать и сваривать привезённые детали. Манипуляторы из твёрдого света перемещали блоки с потрясающей точностью, а поля эффекта массы позволяли двигать и останавливать их очень быстро, не опасаясь что-то сломать неаккуратным движением. Работа в вакууме позволяла применять электронно-лучевую сварку без предварительной откачки воздуха. Не прошло и часа, как в космосе висел полностью готовый к полёту «Раптор» с маркировкой «Пегаса» на борту.
— Я восхищаюсь вашими технологиями, — говорил Явик адмиралу Кейн. — Они так потрясающе примитивны! Ни одна известная мне цивилизация не осмелилась бы выйти в дальний космос на чём-то подобном.
— Спасибо, — процедила сквозь зубы женщина. — Издевка засчитана… соратник.
— Нет, я серьёзно. Я не издеваюсь и не оскорбляю. Примитивность означает надёжность и ремонтопригодность. Если у вас ломается какая-то деталь, вы не жалуетесь, что у вас нет молекулярного синтезатора, а просто вытачиваете новую на станке или отливаете в форме. Да, корпус нашего истребителя в сотни раз прочнее, чем вашей «Гадюки», но если он получал дыру, мы заказывали новый истребитель — или так и летали с дырой, если получить новый не было возможности. Я бы тогда много отдал, чтобы, как ваши механики, просто снять бронепластину и прикрепить на каркас новую.
— Вот вы о чём… забавно. Мы всегда делали аналогичные «комплименты» в адрес «Гадюк» второй серии, которые кое-где ещё используются на флоте. Они сейчас имеют почти исключительно музейную ценность, но при этом чинятся чуть ли не на коленке. Свою технику мы привыкли считать очень сложной в производстве и освоении, но при этом невероятно эффективной… Всё познаётся в сравнении, да, аватар Явик?
Сейчас эта ремонтопригодность, в сочетании с мощными и высокоточными протеанскими строительными инструментами просто доводилась до логического завершения. «Раптор» был примерно за сутки просканирован, изучен в каждой детали и аккуратно демонтирован на части, способные влезть в подвесные контейнеры. Сами техники «Пегаса» смогли бы осуществить подобное извращение только в заводских условиях — и за несколько суток, никак не за час.
Всё ещё не веря до конца собственным глазам, пилоты забрались в гостеприимно распахнутую дверь аппарата, задраили её, включили аварийное освещение, накачку воздуха, бортовой компьютер, искусственную гравитацию — всё работало, как часы. Даже двигатели и многочисленные сенсоры заработали с первой попытки. Запуск «Раптора» в ангаре не всегда проходил так гладко! Первый пилот на всякий случай запустил повторное тестирование систем — ни одного «красного» результата, всего два-три «жёлтых», и подавляющее большинство «зелёных». Возможно, гражданские не увидели бы в этом ничего необычного — но пилоты с «Пегаса» были профессионалами. Они прекрасно понимали — насколько сложная это штука, «Раптор», и своими глазами видели его в виде кучи деталей час назад!
— Да вы, ребята, просто волшебники… — пробормотал первый пилот Кол «Стингер» Тейлор. — Если у вас когда-нибудь возникнут разногласия с вашим начальством — прилетайте к нам. Уверен, адмирал Кейн охотно разгонит всех наших ангарных механиков, чтобы иметь хоть парочку таких рукастых парней…