Казалось бы, какой прок от этой техники в космическом бою? Даже если переработать всех уцелевших протеан в бактериальную смесь полностью — получится лишь крошечное пятнышко на обшивке «Вершины», никак не способное ей повредить, и предоставляющее крайне мало информации.
Но Явик пересылал по «Каналу» не бактерии, а антивещество. Даже несколько граммов такового, распылённых по обшивке, давали весьма… впечатляющий результат. «Вершина-2» целиком тонула в огненном море.
Конечно, орудия главного калибра могли сделать то же самое. Теоретически. Разница в том, что из них нужно было ПОПАДАТЬ. А «Тёмный Канал» сам следовал за своей целью, как бы она ни маневрировала, вцеплялся в неё, как пиявка.
Ослепший, искалеченный, потерявший прикрытие, мятежный супердредноут тем не менее не собирался сдаваться так просто. Отключив недавно обретённые личностные функции, он разделился на три независимых модуля, которые бросились наутёк по отдельности.
Явик потратил почти пять секунд, прежде чем сообразил, в чём заключался план безумной машины. «Пегас» привёз не так уж много «Очей» — четыре сотни. Достаточно, чтобы разобраться с любым вменяемым количеством рейдеров — но недостаточно, чтобы пробить щиты «Вершины-2». То есть, чтобы догнать и уничтожить модули, Явику свой корабль тоже придётся разделять. А модули поодиночке куда более уязвимы.
Особенно правый боковой корпус, у которого не работает главный калибр.
Если не разделять корабль, и попытаться по очереди догнать всех трёх беглецов… уничтожить он их точно успеет, а вот лишить хода и взять на абордаж — уже вряд ли. Как минимум один успеет сбежать, а может и двое.
— Гентин!
— Слушаю, аватар!
— Его зенитки сейчас выведены из строя. Проекторы щита — тоже, у него есть только поле двигателя, которое он использует в качестве импровизированного щита. Но такой пузырь для ваших «шпаг» не преграда, защищает только от кинетики. Попробуйте догнать боковые модули и порезать им двигатели раньше, чем они задействуют систему резервных проекторов. Я возьму на себя центральный.
— Принято, атакую!
Бросив недобитые рейдеры (жаль, конечно, терять — но приказ есть приказ), «Очи» ринулись вперёд, набрасываясь на убегающие корабли, словно собаки на медведей. Но протеанский сплав очень медленно поддавался дезинтеграторам — слишком велика была энергия связей. Пятна превращались в канавки, канавки в борозды, борозды во рвы — но секунды уходили, складывались в минуты, а до сплошных дыр было ещё далеко. Тем более, что модули постоянно виляли, пытаясь сбросить их с хвоста — и попасть в одну и ту же точку было непросто.
А через полторы сотни секунд Цитадели над бронёй пробежало марево щитов — ВИ всё-таки запустил резервные проекторы, и «шпаги» увязли в их полях.
«Вершина-1» тем временем успешно догнала и обездвижила центральный модуль.
— Приготовиться к абордажу! — скомандовал аватар.
— Использовать абордажные шаттлы, трубы или прыжковые ранцы? — уточнил «Вершина».
— Трубы. Шаттлы запускать слишком долго, а для абордажа в скафандрах нас слишком мало.
— В таком случае, вероятно, и борт будем вскрывать не резаками, а главным калибром, чтобы сэкономить время?
— Именно. Проделай в нём дыру. Метров на десять, поближе к мостику, и с минимальной остаточной радиоактивностью.
— Слушаюсь…
Однако продемонстрировать виртуозное управление излучателями ВИ не успел. На месте центрального модуля вспух огромный огненный шар. Плазменная волна отшвырнула супердредноут, заставив его закувыркаться, словно игрушку…
— Ваши сородичи уже трижды пытались меня убить, — задумчиво сообщил Инженер, неподвижный, как статуя. — При этом нередко демонстрируя удивительную изобретательность. Чего стоил хотя бы прыжок рейдера с уже установленной на подрыв боеголовкой, в непосредственной близости от корабля, где я находился. Против меня, правда, это всё равно не помогло бы… но без человеческих потерь обошлись только чудом, а корабль ещё долго чинить будут.
— Очень жаль, что не помогло, — проворчала «Восьмёрка» Шерон. — И не называйте своё дьявольское везение «чудом», вы не понимаете смысл этого слова.
— Возможно и не понимаю. Так может вы посвятите меня в истинную веру?
— Вас⁈ — Шерон аж вскочила, ошеломлённо глядя на него, как на ожившую табуретку. — Вас, источник всякого греха и ереси, в истинную веру⁈