Минутку, но ведь одно дальнобойное оружие у него точно есть…
Если там, на дереве, именно тот, о ком он думает… скорее всего, он относится к Идрису несколько презрительно. Кабинетный учёный, изнеженное дитя цивилизации, технофил несчастный…
Они не понимают, что у кабинетного учёного жизненный опыт больше, чем у них всех, вместе взятых, точность компьютера и абсолютный контроль над собственными эмоциями и ощущениями. Знать — знают, читать они не разучились. Но не понимают.
Должно быть, они сильно удивились, когда Ису одним плавным стремительным движением вырвал копьё из собственной груди, одновременно фиксируя взглядом три цели — две малых на деревьях, на расстоянии пятнадцати и двадцати шести метров, третью побольше, в воздухе, на расстоянии ста двадцати метров. И безукоризненно точно метнул это копьё в грудь ближайшего противника — с такой скоростью и силой, что пробив его насквозь, пригвоздил к стволу дерева.
В процессе он успел прочитать насечки, покрывающие искусно изготовленное оружие, и теперь не сомневался, с кем именно имеет дело.
Яуты.
Цивилизация Науду народа Хиш, если посмотреть непредвзято, была одним из самых приятных и удобных соседей в Галактике. Ненамного отставшие в развитии от протеан на пике, они могли бы стать ведущей расой цикла, если бы не были полностью лишены имперских амбиций. Торговцы, дипломаты, наёмники, фермеры, художники, поэты, учёные, изобретатели — они путешествовали по космосу, иногда предлагая свои услуги другим народам, иногда поселяясь там, где никому не мешали. Постоять за себя они более чем могли, но редко хотели — если их начинали сильно доставать, они просто снимались с места и перебирались в другое, поспокойнее. Как сказал один из их высокочтимых философов, «космос большой и его на всех хватит». Жили все Хиш долго, размножались Науду не так часто, так что это заявление соответствовало истине. Численность их кочующего клана редко превышала тысячу особей, а общее количество кланов — десяток тысяч. Итого — население одного мегаполиса. Даже если бы у них не было высоких технологий, они запросто могли бы прокормиться на любой планете одной только охотой и собирательством. Благо, сила огромная, рефлексы прекрасные, а желудки переваривают животную органику с большинства известных миров. Ису, сами не любившие избыточное размножение, весьма приветствовали подобный подход.
Их можно было бы считать идеальными партнёрами… если бы не их специфическая идеология.
Нет, в теории она была вполне прекрасна, красива, гуманна и рациональна. С практическим же применением… возникали некоторые сложности.
Науду исповедовали крайний либерализм, местами переходящий даже в либертарианство. Базовый принцип их этической доктрины можно было сформулировать в переводе на языки других народов примерно так: «Каждый имеет право делать сам себе хорошо». Каждый науд был этической единицей сам в себе. За принятые решения он нёс ответственность только перед самим собой… ну и перед теми, кого эти решения могли задеть.
Проще говоря, у Науду не было законов. У Науду не было государства и правительства. У Науду не было полиции и армии. У них не было посольств среди других народов. У них не было ничего такого, что другие народы связывают с понятиями порядка и организованности.
Их кочующие «кланы» далеко не всегда были связаны кровным родством — чаще это были просто объединения наудов, которым приятно проводить вместе время. Если у отдельного науда менялись вкусы, он просто переходил в другой клан — совершенно никаких сложностей с этим не было.
Если один науд убивал или грабил другого, это считалось личным делом между ним и пострадавшим. Ему могли отомстить те, кому это действие не понравилось. А могли и не мстить — это уже было их личным делом.
Если науд давал какое-то обещание инопланетянину, он это обещание, как правило, держал. Но это не накладывало совершенно никаких обязательств на других Науду. Если науд убивал инопланетянина, или инопланетянин убивал науда, другие совершенно не считали это поводом для беспокойства или тем более Casus belli. Мысль о том, что все представители одного биологического вида несут друг за друга какую-то ответственность, даже в голову им не приходила. Нет, теоретически они знали о принципах видовой солидарности — по крайней мере те из них, кто изучали культуру иных народов. Но не считали нужным из-за этого менять собственные принципы.