— Выглядит ещё более похоже. Когда я смотрел карту мозга пострадавших, мне иногда казалось, что где-то рядом прячутся хозяева. Но есть и важные отличия. Во-первых, нет никакого материального агента воздействия, подобного нашим наномашинам. Физиологически эти люди абсолютно здоровы, нарушения появляются в их мозгах как будто сами собой. Во-вторых, эти видения куда более хаотичны. Индоктринация всегда имеет конкретную цель — сделать вас лояльным конкретному Жнецу. Здесь же… привидеться может почти что угодно. Нам удалось выделить четыре основных типа галлюцинаций — подталкивающие убить себя, подталкивающие убить кого-то другого, дающие относительно внятные полезные советы и просто расшатывающие психику.
— Погоди, как вам удалось выделить, если кобольцы отказываются делиться своими глюками? Сканирование мозга не может дать столь точной картинки…
— Всё дело в том, что они поражают не только кобольцев. Мои дроны от них тоже несколько раз пострадали.
— Они убивали людей? Или друг друга?
— К счастью, пока обошлось без потерь… с этой стороны. Похоже, индоктринация Жнецов даёт некоторый иммунитет к этим новым воздействиям. То есть видения и у наших появляются — обычно это существа из последней Жатвы, погибшие от рук конкретного дрона — но мы можем относиться к ним, как и положено к галлюцинациям. Скептически. У людей же в первую очередь отключается критическое мышление, и они воспринимают видение, как реальность, а все его слова — как истину в последней инстанции. Многие пострадавшие физически не могут задаться вопросами об абсурдности появления этого собеседника в этом месте. Причём, что самое неприятное — в других вопросах они могут оставаться вполне вменяемыми и рациональными существами. Пострадавший даже может обсуждать чужие галлюцинации с нормальным профессиональным и житейским скептицизмом. Но в отношении лично себя он на сто процентов уверен, что к нему приходил именно умерший отец, например. И всякий, кто пытается это поставить под сомнение — либо дурак, либо враг.
— Ты записал эти… видения?
— Да, конечно. Сейчас скину по локальной сети. Но изучите их потом, в свободное время. Потому что даже это не самое мерзкое…
— Гм. А что же?
— Эффект — стойкий. Субъект, однажды подвергшийся воздействию на планете, будет страдать от галлюцинаций и после эвакуации за пределы ЗКТ. Длительность эффекта пока проверить не удаётся, но в худшем случае, видения будут преследовать его всю оставшуюся жизнь. К счастью, это наблюдается не у всех — только примерно у одного из десяти пострадавших, у кого успел сформироваться в мозгу стойкий очаг возбуждения. И то, что мы, в отличие от людей, не поддаёмся их внушению — не панацея. Галлюцинации могут быть настолько правдоподобными, что и критическое мышление не поможет.
— То есть, — уточнил Вирви, — если я увижу в своей капсуле для сна готового к атаке Адъютанта — я скорее всего пошлю запрос по локальной сети на консультацию психиатра, так как Адъютанту там взяться неоткуда…
— Но если в разгар боя ты увидишь ровный пол на том месте, где стоит вражеская мина, — подхватил Ярсен, — ты вряд ли будешь проверять по локалке, видят ли его другие бойцы. Ты побежишь через этот участок — и тебя разорвёт на куски. Нельзя круглые сутки контролировать каждый элемент реальности.
— Что на других планетах?
— Некоторые дроны страдали от галлюцинаций, входя в ЗКТ, но намного реже, чем на Леонисе. Ни у кого не сформировался стойкий очаг возбуждения. Все полностью излечились, когда покинули эти планеты.
— Тем не менее, нужно эвакуироваться со всех десяти планет. И законсервированных людей тоже эвакуировать, — сказал Вирви.
— Согласна, — кивнула Серан. — Я также займусь поиском лекарства для получивших стойкое поражение. Вплоть до хирургического удаления пострадавших участков мозга. В первую очередь для людей, так как у них это явление куда опаснее. Потом для дронов и всех остальных наших.
— А что если «им», кто бы они ни были, это и нужно? — предположил Вирви. — Что если нас пытаются прогнать с планет, запугивая видениями?
— Значит, им это удалось, — невозмутимо ответила Серан. — По крайней мере, пока мы не найдём защиту от этого эффекта. Это не блеф — ЗКТ реальна, и вызванное ею поражение мозга — тоже. В первую очередь нам нужно выявить физический агент, отвечающий за это воздействие.
— Как всё-таки проще было раньше, — задумчиво пробормотал Скруд. — Встретил что-то непонятное — позвал хозяев и пусть они разбираются.
— Ну, ты всегда можешь вернуться к ним под щупальце. Они только рады будут.