«Неплохо. Но Мордина мы на таком корабле послать не можем, как и вообще никого из важных личностей флота. Его нужно доставить на Крофт с гарантией».
«Минутку… тут кто-то из моих дронов предложил идею…»
Коллекционер, зарегистрированный в сети как mmmm1998, ознакомленный с проблемой Зума, выстроил весьма толковый логистический план.
Берётся самый обычный «Раптор» и грузовой рейдер. Рейдер расставляет в космосе, на пути к системе Индиан, два десятка протеанских маяков, связанных в одну сеть — так чтобы воспоминания были доступны с каждого из них. Затем «Раптор» идёт прыжками по пятьдесят светолет от одного маяка к другому. За пару секунд до очередного прыжка Зум «чарджится» на борт, и не приобретая материальной формы (то есть оставаясь безопасным для органических пилотов) перемещается вместе с корабликом. А в промежутках, пока следующий прыжок вычисляется — он «отбегает» к маяку, и отдыхает там, подключенный к локальной сети, экономя таким образом оперативную память и субъективное время.
— Мы идиоты, — проворчал раздосадованный Скруд. — Надо было с этого начинать, а не тратить кучу времени и сил на операцию с сомнительными результатами.
— Попрошу не обобщать, — холодно сказал Явик. — Во-первых, мы всё равно нанесли урон врагу, во-вторых получили какой-никакой транспорт для людей с Леониса, и в-третьих — захватили крайне важный источник информации. На борту корабля воскрешения было несколько Единиц. По данным нашей разведки, они знают намного больше о целях сайлонов и планах по их реализации, чем остальные модели.
Полёт до системы Индиан по новому методу занял около шести часов реального времени — и около суток субъективного времени Мордина. Хотя ребята на рейдере постарались и расставили маяки не в пустом межзвёздном пространстве, а возле астероидов и комет, чтобы к ним было легче выпрыгнуть — трижды «Раптор» ошибался и выпрыгивал за тысячи километров от маяка. «Бежать» к цели приходилось долго.
Тем не менее, основная идея оказалась рабочей — и «Гелиады» они достигли ещё с приличным запасом оперативной памяти. «Раптор» направился к ней на посадку, а Мордин вошёл в сеть с последнего маяка. Идрис его уже ждал.
«Используя усиленные способности Очей к распознаванию, нам удалось составить примерную карту расположения кораблей и станций Науду вокруг планеты, — сходу перешёл к делу Инженер. — Они замаскированы куда лучше, чем охотничьи костюмы, так что невидимы для меня без специальных приборов — но протеане и Коллекционеры их всё равно видят».
Мордин с пониманием кивнул. Протеанское зрение — это что-то с чем-то. Нет, конечно саларианцам грех жаловаться — у них тоже лучшие глаза в цикле.
Но саларианское зрение было «хорошим» в количественном отношении. Высокая дальность, разрешение, способность видеть маленькие или быстро движущиеся объекты, замечать самые слабые вспышки света… Зрение протеан было «хорошим» качественно — каждый из восьми зрачков протеанина по отдельности во всех отношениях уступал саларианскому, но когда все восемь картинок суммировал и обрабатывал протеанский мозг… Ни одна раса нынешнего цикла не могла с ними сравниться в распознавании оттенков и образов.
«Проблема в том, что будет, когда они начнут разгоняться на перехват. Мы не можем их наблюдать в движении — приближаемся раз в пару часов, когда они, условно выражаясь, „отворачиваются“, и Очи могут приблизиться к Крофту, не будучи замеченными. К следующему сближению карта уже устаревает».
«Нащупать их в чардже я тоже не смогу, — хмуро сказал Мордин, — такой поиск съедает очень много субъективного времени».
«Это-то как раз решаемо. Установили бы тебе все нужные импланты ещё до взлёта кораблей, прямо в медблоке. Благо, ты теперь мертвец, то есть идеальный объект для хирургии — ни болевых эффектов, ни кровотечения, ни отторжения. Можно всё нужное просто как гвозди в тебя забивать».
«А что НЕ решаемо?»
«Понимаешь, пока ты летел… я задумался, как же всё-таки этот яут смог достать меня, несмотря на поле эффекта массы. Изучил последние записи скафандра… и кое-что вспомнил».
Все Науду прекрасно знали о существовании эффекта массы. Но если основная ветвь им радостно пользовалась, то Яутжа с первых дней своего существования объявили его одной из самых отвратительных технологий. Машина, которая заставляет слабого казаться сильным, делает тяжёлое лёгким и наоборот — по мнению Яутжа, это было подлейшее извращение природы и кратчайший путь к вырождению.