За одну секунду Мордин перебрал несколько сотен вариантов, и наконец остановился на одном, который можно было назвать «лучшее из худшего».
— Вырастите четыре межзвездных стазис-капсулы. Отправитесь на вашу ближайшую базу. На досвете. Несколько сотен лет путешествия. Курс — неизвестен. Будете в безопасности. Ваш корабль оставите мне. С интерфейсом управления. На сюрпризы проверю.
— Хм…
Предложение было неожиданным, но с точки зрения Ису вполне допустимым. Несколько сотен и даже тысяч лет объективного времени полёта — для их вида не так уж много. Они не рисковали попасть в пугающее и непонятное будущее, как представители других цивилизаций.
— Для разгона используешь наш корабль, — потребовал Касси, самый молчаливый из четверых.
— Разумно, — согласился Мордин.
Снабжать каждую капсулу релятивистскими двигателями — слишком долго и дорого. Использовать для разгона «Вершину Полутени» — во-первых, не факт, что протеане согласятся, а во-вторых — это значит указать им курс, следуя по которому позже можно будет всё-таки догнать и убить старых врагов.
— Вопрос торможения. После достижения цели. Скорость в половину световой? Опасно. Понадобится мощное ядро для гашения.
— Не обязательно, — покачал головой Идрис.
Все четверо заметно приободрились, поняв, что скоро (по их субъективному времени, конечно) окажутся на свободе и дома.
— Такие проблемы уже встречались в нашей истории, так что технология отработана. Они затормозят на магнитном парашюте об межзвёздный водород и солнечный ветер. Радиация, конечно, будет ужасной, но наши скафандры могут чинить пострадавшие клетки, а капсулы предоставят им энергию и питательные вещества для этого. Если изначально спроектировать оболочку именно для такого перелёта, вероятность успешного достижения цели выше восьмидесяти процентов. Думаю, масса каждой капсулы должна составить около семидесяти тонн — тогда в них можно переделать уже имеющиеся схемы спасательных шлюпок. Понадобятся ионные двигатели, чтобы капсулы имели возможность подойти друг к другу и оказать помощь в случае серьёзного повреждения.
— ОНИ затормозят? — наклонил голову Мордин, внимательно глядя на Инженера.
— Да, они. Три капсулы будут с моими товарищами, и четвёртая беспилотная, резервная. Я остаюсь с тобой и протеанами.
Остальные трое уставились на Идриса так, словно у него выросли рога.
— Ты понимаешь, что это верная смерть? — выговорил наконец капитан.
— Понимаю. Но если мы сможем заново научиться производить потомство, одна смерть ничего не изменит. А если не сможем — не изменит тем более.
— Но зачем⁈
— Мордин утверждает, что есть опасность больше, чем протеане. Я хочу увидеть своими глазами, правда ли это. Если да — он может оказаться нашим единственным щитом против новой зачистки. Ведь расчёты показывают, что через две с половиной тысячи лет люди выйдут в космос…
Тишина. Мёртвая тишина в ледяном тоннеле.
— Ой, — наконец сказал Идрис, поняв, что он ляпнул при постороннем.
Может, протеане и не заметили бы этой маленькой оговорки, но Мордин с его скоростным мышлением и абсолютной памятью сразу понял, о чём шла речь. Парочка наводящих вопросов, немного угроз, убеждения, лести и саларианской дипломатии — и полная картина сложилась.
Чистокровные земные Ису вымерли. Но задолго до вспышки некоторые из них оставили свои гены рабам-людям. Не обязательно физически занимались сексом — вполне возможно, речь шла об искусственном оплодотворении или даже о внедрении генов Ису взрослым особям при помощи генной инженерии.
Так или иначе, человечество по сути представляло собой генетический резервуар вымершей расы. «Мы сотворили вас по своему образу и подобию, мы сотворили вас, чтобы выжить». Инженерам нужно было только собрать этот паззл, чтобы получить возможность продолжать свой род.
Казалось бы, чего проще — прилетай, хватай человеков в охапку сколько надо и тащи разбирать на молекулы и вытаскивать из них правильные коды. Земные дикари — на уровне каменного века, никакого сопротивления они оказать не смогут при всём желании!
Проблема оказалась в том, что генотип Ису далеко не всегда даёт фенотип Ису. Условно говоря, нужные гены очень хорошо «спрятаны» в человеческой ДНК, и активизируются только при определённых условиях роста. При этом лишь с определённой вероятностью.