Лерка навела маркер на ближайшего "червяка", и все линии вдруг исчезли. Внизу экрана появился интерфейс программы.
- Что дальше? - спросила она, разочарованная.
- Дальше - ГЕТТ отследил выбранную вами линию, дешифровал её, и теперь вам осталось только прослушать считанную информацию. Одевайте наушники, вот. И включайте.
Лерка одела наушники и тыкнула маркером в транспарантик.
По мере услышанного глаза её округлялись всё больше и больше. Она вся напряглась, вслушиваясь в звук, она вся была там!
Линия длилась около двух минут.
Она не стала снимать наушники, и снова вернулась в сканирование. Следующая запись продлилась уже пять минут. Лерка сняла наушники и сразу молча достала сигарету. Вскочив, она зачем-то побежала к двери.
- Дай зажигалку, дай! - она нервно закурила, теребя пальцами фильтр.
- Послушайте...Павел Юрьевич, а кто ещё знает про ваш этот...ГЕТТ?
- Лер, да что там такого?
- Да подожди ты!
- Да собственно, никто. Ну, вот я и вы - теперь. Больше никто.
Лерка помолчала, сильно затягиваясь.
- Однажды сказанное слово...Ничто не исчезает в этом мире...Всё остаётся по ту сторону границ...По эту. Всё остаётся...
Она забегала по комнате, как голодная болонка, бормоча слова, из которых Андрей постепенно стал понимать, что именно она имела в виду.
- Павел Юрьевич, а вы давно запустили свой прибор? - снова спросила она.
- Всего месяц. Валерия, вам наверно интересно будет это. Я тут записал то, что смог идентифицировать. К сожалению, в языках я не очень силён.
Он подошёл к компьютеру и кликнул что-то в интерфейсе. На экран вывалилось окно со списком записей.
Лерка подошла ближе.
- Андрей, посмотри.
Андрей глянул.
Здесь значились личные приватные разговоры; те, что произошли в далёкие времена и сейчас, в наши дни. Беседы за закрытыми дверями наиважнейших персон - дома, вне дома, с членами семей, друзьями, в высоких кабинетах... Отрывки разговоров, но каких! Беседа между Березовским и Путиным, состоявшаяся...вчера(!) в бане. Или доклад Грефа о возможности финансирования из госбюджета деятельности скинхедов в Москве ... Или вот, Адольф Гитлер в Кремле, со Сталиным, доверительный разговор о предполагаемом начале войны и необходимом числе жертв. Сколько, когда, где... Геннадий Зюганов и Чубайс - оказалось друзья, и очень близкие... Медведев, Кадыров, Арафат, Ле Пэн, Мирамото, Бен Ладен.
Однажды сказанное слово...
- Боже мой, боже мой, - Андрей выборочно тыкал воспроизведение, не веря своим ушам. Но голоса, голоса были реальные, легко узнаваемые.
- Если это всё опубликовать... Нет, сразу на телевидение.... Это же... бомба! - глаза Андрея бегали по списку.
Лерка выдернула штепсель наушников решительно.
- Ты что, с ума сошёл? Только в башку к мужику могло придти такое.
Андрей мгновенно остыл.
- Ты права. И что с этим теперь делать?
- Я знаю, что с этим делать. Павел Юрьевич, у вас есть носитель? Нужно скинуть хотя бы это.
- Да у меня всё записано. Берите, если вам нужно. Я, знаете ли, далёк от политики, хотя надо сказать материал интересный, - он вытащил из ящика стола флэшку и протянул её Валерии.
Андрей увидел её - она была точь-в-точь такая же, как и та, из квартиры на Тихонова.
- Когда были получены результаты эксперимента?
- Буквально накануне убийства.
Задавший вопрос мужчина среднего телосложения в белой рубашке с классическим галстуком сидел в глубоком кресле спиной к светильнику. Перед ним на низком столике с прозрачной столешницей стояла широкая округлая рюмка с коньяком, дымилась сигара в пепельнице. Он имел, как говорят, неопределённый возраст - где-то между сорока и пятьюдесятью. Опытный собеседник определил бы в нём человека, заботящегося о своей физической форме.
И это было правдой.
Отвечавший - человек с небольшой залысиной, в тёмном костюме сидел напротив, в точно таком же кресле. Над чашкой кофе витал лёгкий парок.
- Анатолий Павлович, здесь поясните подробнее. Насколько мне известно, группой Махова были сделаны другие выводы.
- Да, конечно. Как вы знаете, было принято решение перенести место проведения экспериментов в этот дом, на Тихонова 12. Ваше решение, Александр Наумович. Бекман начал работу более чем год назад, но поскольку он работал один, то появлялся в институте только по пятницам - таков порядок. Махов установил, что накануне - это имеется в виду порядка трёх дней, максимум пять.