— Да, — ответил Грэйди, топая ногой по земле.
Софи только успела сообразить, что он зовет гнома-карлика, как почва расступилась, и кротообразное существо с коричневой лохматой шерстью и заостренным лицом высунуло голову и уставилось на Софи прищуренными глазами.
Грэйди представил их друг другу.
— Софи, познакомься с Набити. Ты, вероятно, не часто будешь ее видеть, учитывая ее чувствительность к солнечному свету. Но она всего в нескольких шагах, если понадобится.
— Мы разработали несколько кодов для передачи различных угроз, — добавил Сандор. — Я научу тебя топать позже.
Софи кивнула и повернулась к карлику, пытаясь придумать что-нибудь получше, чем «Привет». Но прежде чем она успела произнести это слово, Набити снова нырнула в нору, брыкаясь волосатыми ногами и зарываясь в землю, не оставляя никаких следов.
— Странные существа, — пробормотал Бо, прикусывая губу.
— Ей нечего сказать, — объяснил Грэйди Софи. — Но я видел ее в действии на нескольких моих заданиях с королем Энки за эти годы. Она потрясающая. Как и вся твоя команда, — добавил он, указывая подбородком на каждого из ее охранников. — Мы все еще уточняем, как это будет работать, но у всех нас одна и та же цель. Мы хотим, чтобы ты знала, что, несмотря на все, что Невидимки говорили, никто из нас не подпустит их к тебе снова.
— Никогда, — согласился Сандор. — Они думали, что передают сообщение. Но все, что они сделали, это гарантировали свою неудачу.
— Кто-нибудь еще считает это странным? — влезла Тарина. — Извини… я не хочу портить разговор. Но пытаюсь понять мотивацию Невидимок и все время возвращаюсь к одному и тому же вопросу: зачем организовывать такую видимую атаку только для того, чтобы угрожать, наносить временные травмы и запрашивать одну маленькую информацию? Они должны были знать, что безопасность Софи будет значительно улучшена, что сделает почти невозможным подобраться к ней снова. Так зачем же принимать этот вызов?
Бо вздохнул.
— Мне неприятно это говорить… но я согласен с троллем.
— Они сказали, что хотят, чтобы я начала сотрудничать, — сказала Софи им обоим.
— Ладно, но… знаешь, кто сотрудничает гораздо лучше, чем тот, кого ранили и отпустили? — спросила Тарина. — Пленник, который знает, что ты можешь продолжать причинять ему боль.
— Они и раньше брали мисс Фостер в заложницы, и это плохо кончилось для них, — напомнил всем мистер Форкл. — И они уже потеряли несколько убежищ. Сомневаюсь, что они захотят потерять еще одно.
— Но они могли спрятать ее где угодно, — возразила Тарина. — Похоже, у них было несколько возможностей схватить Софи и сбежать. Значит, должна быть причина, почему они этого не сделали. Должно быть, они хотят, чтобы она была свободна.
— Или они хотели вывести меня из строя, — тихо предположила Софи, не желая делиться своими тревожными теориями. — Сколько недель я провела в Лечебном Центре? И я все еще не полностью восстановилась. — Она наклонила подбородок к перевязи… и решила не упоминать эхо.
— Полагаю, это имело бы смысл, если бы за время твоего выздоровления произошло что-то значительное, — рассудила Тарина. — Но ведь ничего не произошло, не так ли? И вот еще чего я не понимаю: почему они вообще упомянули, что у них есть какой-то трекер? Зачем делиться этой информацией, зная, что ты сделаешь все возможное, чтобы найти и уничтожить то, что они использовали? Я не знаю этих врагов… но они не похожи на тех, кто совершает такие глупые ошибки. Поэтому должна быть большая цель.
— Я не говорю, что ты ошибаешься, — сказал мистер Форкл, потирая виски. — Или что нам не следует продолжать размышлять над этими вопросами. Но как ты сказала, ты не знаешь Невидимок. Если бы знала, то понимала, что они питаются вниманием и зрелищем до такой степени, что это действительно может быть их собственной глупостью. Например: Финтан успешно инсценировал свою смерть. Никто из нас не подозревал, что он еще жив. И его орден уже полагался на плащи, чтобы скрыть свою личность. Так что у него не было абсолютно никаких причин показываться в тот день, когда он угрожал Совету в Этерналии… кроме собственного тщеславия. Он хотел похвалы за свои подвиги. Как и у Финтана не было причин настаивать, чтобы Альвар выдал себя. В тот момент никто ни в чем не заподозрил старшего Васкера… а как Ванишер он, вероятно, мог бы продолжать уловки долгое время и шпионить за отцом и братом, и чем бы он там еще ни занимался. И все же Финтан вынудил Альвара открыться, по какой-то другой причине, кроме того, что хотел шокировать нас. Он хотел, чтобы мы знали, что наши враги повсюду, даже там, где мы могли бы чувствовать себя в безопасности. И в этом есть некоторое преимущество. Но это также чрезвычайно безрассудно… и что-то, что я надеюсь выяснить, как использовать когда-нибудь.