— На случай, если тебе интересно, — сказала Флори Фитцу, — мы все думаем, что Бо хуже всех.
— И я буду рада охранять путь, если вам, ребята, понадобится еще несколько минут, чтобы поговорить, — добавила Тарина, подчеркнув последнее слово таким тоном, что у Софи на лице появилось выражение атомного взрыва.
Она попятилась, оставляя больше пространства между собой и Фитцем.
— Если тебе интересно, каково это — иметь так много разных телохранителей, то вот оно.
— Наверное, — пробормотал он. — Не то чтобы здесь все было более нормально.
Он указал на тень ближайшего дерева, и Гризель, казалось, растворилась в темноте, сопровождаемая пятью другими воинами-гоблинами.
— Огр прав, — заметила Гризель, приказывая всем отойти вглубь участка, чтобы ворота с лязгом закрылись за ними. Ее шаги были грациозными и плавными… совсем не так, как у человека, оправляющегося от серьезной травмы, и Софи надеялась, что это означает, что Гризель вернулась к нормальной жизни.
И Сандор, и Гризель оставались в солдатском режиме… но на секунду, когда они подумали, что никто не смотрит, они обменялись взглядами, которые заставили сердце Софи серьезно растаять.
— Итак, — сказал Фитц, откашлявшись. — Ты готова?
— Думаю, да, — тихо ответила Софи. — А как насчет тебя?
Он кивнул, протягивая руку, наклонился ближе и добавил:
— Я… действительно думаю, что мы найдем что-то сегодня.
Софи пожалела, что не может разделить с ним эту уверенность, когда взяла его под локоть и позволила вести себя вперед, в сердце Эверглена. Тропинка начиналась знакомо, вдоль нее росли аккуратно подстриженные кусты и деревья всевозможных цветов, наполняя воздух густым сладким ароматом. Но как раз в тот момент, когда показался мерцающий особняк, они повернули в противоположном направлении, вверх по крутым холмам, от которых у Софи заколотилось сердце, когда они добрались до неуправляемой поляны, упирающейся в стену мшистой скалы. Большую часть пространства занимал тощий папоротник, обрамлявший небольшое простое строение: белый каменный дом с единственной дверью, единственным окном и плоской крышей с тусклой металлической черепицей.
Он выглядел так, будто его построили люди, а не эльфы.
Никаких кристаллов. Никаких драгоценностей. Никакого стиля любого рода.
Все в нем кричало о временности… но было ли это потому, что нынешний житель должен был вернуться в свою камеру, или ожидалось, что он вернется к семье, было трудно сказать.
— Я пойду первой, — сообщила Гризель, направляясь к двери, — и только Фитц, Софи и Сандор будут допущены внутрь со мной. Остальные могут рассредоточиться и патрулировать поляну.
Никто не спорил, и через несколько секунд их группа рассеялась, когда Софи и Фитц присоединились к Гризель, а Сандор следовал за ними.
— Эта дверь может открыться только на три секунды, — объяснила Гризель, протягивая руку к металлической панели, вделанной в камень. — Дай мне знать, когда будете готовы.
— Твои родители уже внутри? — прошептала Софи Фитцу.
Он покачал головой.
— Я сказал, что им нельзя здесь находиться. Но не удивлюсь, если Биана прячется где-нибудь в углу.
— Да, я все это время ждала, когда она появится рядом с нами, — призналась Софи, оглядываясь через плечо, почти ожидая, что Биана моргнет и закричит: «Я здесь!».
— В любое время, — подтолкнула Гризель.
— Хорошо, — сказал Фитц, быстро и глубоко вздохнув, стиснув зубы и расправив плечи.
Софи попыталась сделать то же самое, слабо улыбнувшись Фитцу и давая понять, что готова.
Сандор схватился за меч.
— Хорошо, — сказала Гризель, прижимая руку к панели и вызывая громкий щелчок, когда дверь распахнулась внутрь.
Они поспешили в дом, и дверь за ними закрылась с тревожным щелчком, эхом отразившимся от голых каменных стен. Внутри было так же скучно, как и снаружи: узкая кровать, застеленная жестким белым бельем. Маленький пустой столик. Одинокая полка с несколькими потрепанными книгами. И единственный стул напротив единственного окна, где сидел Альвар, уставившись на довольно невзрачный вид.
Когда они вошли, он повернулся к ним, и его покрытое шрамами лицо расплылось в улыбке.
— Привет, Софи. Я ждал тебя.
Глава 33
— Не хочешь присесть? — спросил Альвар, когда Софи не ответила на его приветствие. — Я слышал, ты плохо себя чувствуешь.
Он встал и предложил ей свой стул, и Софи заметила, что после суда он прибавил в весе и уже не выглядел таким хрупким. Его волосы были аккуратно подстрижены, а вышитая туника выглядела так, словно была сшита специально для него.