Киф покачал головой.
— Это не имеет значения.
— Похоже, наоборот, — настаивала она.
Но Олден смотрел на своего раненого сына, а Киф пинал койку все сильнее и сильнее, поэтому она решила отпустить эту тему… на время.
— Если бы ты был там, единственное, что изменилось бы сейчас, — напомнила она Кифу, — это то, что у Элвина был бы еще один пациент.
— И нет никакой гарантии, что я спас бы тебя, — добавил Там с ухмылкой.
— Я бы не стал тебя винить, если бы ты этого не сделал, — пробормотал Киф.
— Прекрати, — сказала Софи. — Серьезно.
— Я серьезно! Ты что, не понимаешь? Я такой же ядовитый, как причудливые тени Умбры. Это мое наследие.
Последнее слово казалось огромным вакуумом, будто буквы медленно выдавливали весь воздух из комнаты.
Это слово леди Гизела использовала, чтобы намекнуть на свои жуткие планы на будущее Кифа… и каждое безрассудное решение, принятое им за последний год, было частью его отчаянной попытки избавиться от стыда и страха, которые грызли его изнутри. Вот в чем проблема с чувством вины. Если оно не вредит рассудку, он может пойти по очень опасному пути, а Софи не хотела допустить ни того, ни другого.
— Эй, — сказала она, протягивая ему левую руку в перчатке.
Когда он не взял ее, она повернулась к Магнату Лето.
— Можно нам пару минут?
— Конечно, — вмешалась Ро. — Всем выйти! Лорду Офигенноволосому нужно подбадривание.
— Нет, не нужно, — рявкнул Киф в ответ.
Ро закатила глаза и потащила его к койке рядом с Софи, бормоча что-то о мальчиках-балбесах, когда она заставила его сесть. Затем она вывела Магната Лето и Олдена из Лечебного Центра и вернулась за Тамом и Дексом.
— Я забыл сказать, — крикнул им вслед Киф, — Спасибо. Что помогли ей. И Фитцу.
Декс пожал здоровым плечом.
— Большую часть сделал Уайли.
— Он не был бы там без тебя, — напомнил Киф, прежде чем его взгляд переместился на Тама. — И если бы ты не бросился…
— Ну, — сказал Там, теребя свой плащ. — Наверное, поэтому мы и команда. У каждого своя роль.
— Жаль, что я застрял в роли неудачника, — пробормотал Киф себе под нос.
— Э… вот почему тебе нужно подбадривание, — проворчала Ро, выпихивая остальных мальчиков из комнаты.
Элвин сжал колени, когда она последовала за ним.
— Стоп. Софи действительно нужно принять лекарство.
— Даю тебе три секунды, — сказала Ро, вытаскивая Грэйди.
— Да, но мне понадобится кое-что еще, — возразил Элвин, схватив бутылку оранжевой жидкости и поднеся ее к губам Софи. — Попробуй выпить это одним махом… и заткни нос.
Софи сделала, как он просил, но все еще ощущала вкус чего-то, что слишком напоминало ей вонь Йетти.
— Фу, что там такое? Вообще-то, неважно. Не думаю, что хочу знать.
— Правильно. Вот, это поможет. — Он протянул ей что-то похожее на леденец, завернутый в серебряную бумагу, но внутри было что-то черное и хлюпающее, пугающе похожее на дохлого жука.
— Просто поверь мне, — сказал Элвин.
Это было бы намного проще сделать, если бы Элвин не был известен тем, что выбирал отвратительные ароматы для ДНК-панелей на шкафчиках Ложносвета. Но даже кишки жуков, вероятно, все же лучше, чем жидкий снежный человек, поэтому она откусила крошечный кусочек…
— О! Это похоже на печенье «Сникердудл».
— Ладно, я не знаю, что такое «Сникердудл», и зачем кому-то понадобилось есть нечто под названием «Сникердудл», — сказала Ро, подхватывая Элвина за локоть и подталкивая его к двери, — но она приняла лекарство, и твои три секунды истекли. Так что проваливай! Моему мальчику нужен хороший, долгий разговор.
— Тогда говори побыстрее, Софи, — бросил через плечо Элвин, — потому что скоро начнешь засыпать.
Ро выглядела так, будто хотела бы вынести и Фитца, хотя он все еще был под наркозом. Вместо этого она сказала Кифу:
— Не спорь… она умнее тебя. И помни, о чем мы с тобой говорили.
— О чем вы с Ро говорили? — спросила Софи, когда Ро закрыла дверь Лечебного Центра.
— Не имеет значения, — сказал он, глядя на свои ноги.
Софи вздохнула, гадая, сколько всего он от нее скрывает.
— Посмотри на меня, Киф.
Ей пришлось повторить просьбу еще два раза, прежде чем он повернулся к ней лицом, и когда их глаза встретились, она увидела испуганного, сломленного мальчика, которого он всегда пытался скрыть за бравадой и шалостями.
— Ты мне доверяешь? — спросила она.
— Конечно… это не проблема.
— Да, это так. Если бы ты доверял мне, ты бы знал, что я никогда не держу на тебя зла.
— А следовало бы. — Он указал на ее кокон из бинтов.