— Так вот как это для тебя? — спросил ее Фитц.
— Вроде того. Эхо атакует меня так же быстро… и мои эмоции определенно запускают его. Но у меня болит голова. И если я сплю, то кошмары… — Она остановила себя прежде, чем смогла пережить хоть один из них. — Также боль в руке, и это может повлиять на то, как мои кости заживают.
— К сожалению, похоже, что у тебя с ребрами та же проблема, — предупредил Элвин Фитца. — Поэтому ты чувствуешь злость.
Он переключился на красный шар вокруг туловища Фитца и положил руку на левую сторону его груди.
— Трещины здесь были запечатаны, в последний раз когда я проверял, а теперь пара выглядит будто пережеванными. Возможно, в этом сыграло свою роль и то, что ты немного размахивал руками, но у меня такое чувство, что в основном это эхо. Не волнуйся… я все исправлю. Я могу все исправить.
— Кроме эха, — пробормотал Фитц.
— Похоже, это не в моей власти, — признался Элвин. — Все, что я могу сделать — дать тебе успокоительное, чтобы тебе не стало хуже.
Фитц покачал головой.
— Больше никаких успокоительных.
— Ты уверен? — Софи пришлось спросить.
— Серьезно? Ты спрашиваешь меня об этом?
— Да. — Она указала на розовые пузырьки, стоявшие рядом с ее койкой. — Я принимаю их каждый вечер перед сном.
— Ничего себе, — прошептал Фитц. — Не могу поверить, что ты согласилась на это.
— Мне пришлось. Иначе… все плохо. Мне это не нравится, но… Невидимки в этот раз отличились.
— Да, думаю. — Он снова обнял мистера Обнимашкина. — Но ты все равно принимаешь успокоительные только по ночам, так почему я не могу…
— Можешь, — вмешался Элвин. — И должен. Но этого может быть недостаточно. Честно говоря, для Софи этого не всегда достаточно. Она была на волосок от смерти. Но ее эхо также в голове, поэтому ее сны кажутся самой большой угрозой.
— Вот почему снотворное, которое я принимаю, заставляет мне сниться блестки и танцующих животных, — добавила Софи. — Я почти уверена, что мозг взорвется, если я не дам ему передохнуть.
Фитц вздохнул.
— Слышу, что ты говоришь, но… не хочу больше терять время. Не могу. По крайней мере, не пытаясь справиться с этим. Я выпью любые эликсиры, какие захотите. Я буду держать себя в руках, даже…
— Мы можем попробовать, — сказал ему Элвин. — Но ты должен понимать риск. Если ты получишь плохие новости или произойдет что-то стрессовое, то, вероятно, не сможешь контролировать свою реакцию. И учитывая проблемы, которые твоя семья переживает…
— Зачем ты это делаешь? — спросила Софи, когда Фитц резко втянул в себя воздух.
— Потому что он должен все обдумать, когда примет решение. Он должен точно помнить, в какой суматохе сейчас находится его жизнь.
Фитц стиснул зубы, возвращаясь к медленному, ровному дыханию, пока душил в объятиях мистера Обнимашкина.
Прошло пять секунд.
Потом еще пять.
Но через несколько секунд складка между бровями исчезла.
— Я могу справиться с тем, что происходит с моим братом, — пообещал он. — Я не позволю ему влиять на меня. И если ты мне не веришь, скажи, что с ним происходит, и я покажу тебе, что могу справиться. Я все равно должен знать.
— Не уверена, что это хорошая идея, — предупредила Софи.
— Почему нет? Если эхо не взбесится, это докажет, что я справлюсь. Если нет… думаю, мне стоит подумать о других успокоительных.
— Возможно, это хорошая мера, — согласился Элвин.
— Не обязательно, — возразила Софи. — С Альваром сейчас все по-прежнему. Совет ждет, чтобы переместить его в Эверглен, когда раны Гризель заживут.
Напряжение немного спало с Фитца, и его плечи расслабились.
— Сколько это еще продлится?
— Возможно, немного, — неохотно призналась Софи. — Киф слышал, что Гризель вот-вот вернется из Гилдингхема.
— Ладно, — сказал Фитц, делая долгие, медленные вдохи. — Ладно. Видишь? Я справляюсь. Что еще я пропустил?
— Можно ему сказать, — сказал Элвин. — Он воспринял все это гораздо лучше, чем я ожидал.
— Ну конечно! — сказал Фитц. — Мистер Обнимашкин прикрывает мне спину!
Он поднял сверкающего дракона, будто тот был абсолютным чемпионом.
Его улыбка была такой яркой, такой искренней, что Софи решила довериться ей и поделилась тем, что Биана рассказала ей о поисках в Эверглене с Тамом и Дексом. Она также сообщила ему, что Киф и Ро провели собственное расследование.
— Кто-нибудь из них обыскивал кабинет моего отца? — спросил Фитц.
— Не уверена, — призналась Софи. — Я забыла спросить.
— Видишь? — сказал он. — Вот почему я тебе нужен.