- Поделить тебя, что ли, не могли?
- Ну, да, - размазывала слезы по лицу, – я сначала с мамой осталась, а ей не до меня было. Она работала, а отец отказывался платить алименты, тяжело было. Потом, мама сдалась и отец забрал меня к себе.
- Ничего, у вас мексиканские страсти!
- Я у них одна, каждый на свою сторону перетащить пытался. Они и сейчас меня дергают. Ты видел, какой у меня отец!? - Андрей улыбнулся, значит не один он тут пешка!
- Да не реви, ты! Он утром добрый был. А потом, ты же сама мне вчера в любви признавалась и на коленях стояла, - он хохотнул, вспоминая ее на коврике у ванной. Ну, а что – все же, так и было! – она недоверчиво глянула на него.
- Будем дальше играть в любовь?
- Я есть хочу, - в ее животе громко заурчало. Они оба прыснули от смеха. Неожиданно, она отстранилась от его плеча и чмокнула в губы, толи в благодарность за заботу, толи просто захотелось.
Стоп-кран сорвало. Андрей целовал, гладил, кусал. Он пробирался руками, до самым чувствительных мест. Александра поддавалась ему, изгибалась как ветка лозы. Он первый пришёл в себя – прижался к ней и замер.
- Сань, нам вечером ехать к отцу.
- Ну и что?! Он и так, черти что, о нас думает, а мы даже не целовались.
- Почему, уже целовались, – парень провел кончиком носа вдоль линии скулы.
К мягким губам тянуло и даже не важно, что дыхание с перегаром, у самого не лучше. Опять принялся целовать ее. Повалил спиной на диван. Перевернул на живот, может это поможет остановиться. Да где там! Добрался до спины, сдернул с нее майку. Вот они те волнующие лопатки. Губами обводил позвонки, прикасался губами к коже. Она вздрагивала, приподнимала бедра. Спустился к талии и не выдержал, перевернул. Она как игрушечная неваляшка – податлива, на все готова. А тут перед глазами грудь, шея – О, боги! Теперь уже, точно, не остановиться.
Они лежали голые, утомлённые.
- Знаешь, учитывая мою хроническую усталость, я сегодня хорошо постарался, - она обняла его, уткнувшись ему подмышку.
- Почему, ты раньше не обращал на меня внимания?
- Я обращал! – успокоил ее, - но раньше, ты была дочерью работодателя, который ловил меня на крючок, я не мог подставиться.
- А что поменялось сейчас? – лениво расспрашивала она, чертя ноготком линии на его плече.
- Он поймал меня без крючка, - грустно улыбнулся губами, - сетью.
- И что это значит?
- Это значит, что я перехожу в фирму к твоему отцу. А самое главное, теперь я буду отсыпаться.
- Круто! – она подпрыгнула на постели.
- Не уверен, что круто. Но хотя бы какая - то определенность. И еще у меня пожелание, мы завязываем с клубами! – она скисла, - не расстраивайся, на месте сидеть не будем. Еще надо посмотреть, какие условия выдвинет твой папа.
В середине дня они, смогли поесть. Александра жарила картошку, которую она же и чистила. Андрей, сидя за кухонным столом, наблюдал за ней со стороны. Он привык ее видеть, такой домашней, с пальмой волос на голове. Даже удивительно, как она может трансформироваться и в клубную девочку, и в папину дочку, и в домохозяйку.
- Сань, ты, где всему научилась? – задал парень вопрос, когда они сели есть.
- Чему всему? Готовить, что ли? – он кивнул, запихивая вилку в рот.
- Я до пятнадцати лет с матерью жила. А мы с ней не то, что богато не жили, можно сказать впроголодь: хлеб, лапша, картошка.
Он удивленно посмотрел, продолжая жевать. Она без слов поняла этот взгляд.
- Понимаешь, они воевали, кто – кого. Мать сама от отца ушла. Он ей много гадости сделал, только я в заложниках у обоих, – девушка поникла, ресницы предательски дрогнули, глаза заблестели,
- Зато, знаешь, почти как в сказке…Я принцесса, меня охраняет дракон, – она натянуто улыбнулась.
Санька перестала жевать, сконцентрировалась, сжалась – только бы не заплакать. У них тут, сегодня любовь, а она все портит. Ей удалось взять себя в руки.
- Ты не думай, они меня оба любят. Просто маме не хватило сил с отцом бороться. Я ее не виню, она вышла замуж, уехала во Францию. У нее новая семья, скоро родиться ребенок.
Вот и встало все на свои места: «Она принцесса в башне, а я значит принц, а может и Иван – дурак», - думал Андрей.