Правая, с пустым ящиком, — Сандре Фолкнер.
Табличка на стенке указывала, что по всем вопросам следует обращаться в компанию «Братья Грин. Управление».
— Где Гамми?
Кому-то хватило сил разжечь на пляже костер. Ночь была довольно прохладной. Вдоль берега виднелось еще несколько огоньков.
— Флетч, — позвал Вэтсьяайна.
В углу гаража Флетч переоделся в джинсы. Теперь, он жалел, что не надел футболку.
— Где Гамми? — повторил он.
— Я видела его раньше, — ответила Джули.
— Куда он пошел? Что сказал?
— Не знаю, — пожала плечами Джули.
— Кто-нибудь видел Гамми?
Ответа не последовало.
— Где Бобби? — спросил Вэтсьяайна.
— Ушла, — ответил Флетч.
— Куда? — во взгляде Вэтсьяайны сквозила озабоченность.
— В шоколадный замок на небесах.
Вэтсьяайна промолчал.
Завернувшись в одеяло, у стены набережной лежал Кризи. Флетч постоял над ним в темноте, гадая, спит тот или погрузился в мир наркотических грез.
— Что случилось, парень? — спросил Кризи.
— Я ищу Гамми.
— О, парень, он смылся.
— Что значит, смылся?
— Фараоны допекли его. Сколько можно служить мальчиком для битья?
— Ты не знаешь, куда он пошел?
— Он не мог не смыться. Всему приходит конец. Его бьют и бьют. А стоит ему появиться дома, как за него принимается папаша. Его бьют всегда и везде.
— Я ищу Гамми, — настаивал Флетч.
— Как мои старые барабаны. Я жалею о том, что бил по ним. Палками. Каждый вечер. Барабанными палочками. Я бил по моим барабанам. Откуда мы знаем, что натянутые на них шкуры ничего не чувствуют? Что, если им было больно, когда я бил по ним? По-настоящему больно?
— Я об этом ничего не знаю, Кризи.
— Я должен терпеть боль. Чтобы искупить причиненное мной зло.
— Ты не думаешь, что барабаны могут тебя простить?
— Христианские барабаны. Это идея. Бей кого угодно, что угодно, если хочешь, даже барабаны, и они должны тебя простить, потому что так сказал Христос.
— Я ищу Гамми. Ты его видел?
— Нет. Где Бобби?
— С ней все в порядке, — ответил Флетч.
— Она ушла? Я уже не помню, когда видел ее.
— Ты видел ее вчера утром.
— Да. Она хотела уколоться. Потом укололась. Флетч, ты знаешь, она укололась, когда я видел ее в последний раз.
— Я знаю.
— Она укололась. И ушла?
— Да. Ушла.
— Господи.
Флетч постоял над Кризи, затем пошел вдоль берега.
У следующего костра он присел на корточки, прежде чем заговорил. Все молчали.
— Кто-нибудь видел Гамми?
Никто не ответил. Лопоухий подросток, Бинг Кросби, вопросительно смотрел на Флетча, словно хотел вновь услышать его слова.
— Я ищу Гамми.
Сорокалетний мужчина, с нарисованными на свитере телефонной трубкой и надписью «ПОЗВОНИ МНЕ», ответил: «Его здесь нет».
Флетч подождал, прежде чем пойти дальше.
У следующего костра Окурок сказал, что Гамми, скорее всего, вернулся домой, к родителям. Джаггер предположил, что Гамми снова забрала полиция.
Поднявшись на ноги, Флетч увидел стоящего позади Вэтсьяайну. Они вместе отошли от костра.
— Почему ты ищешь Гамми?
— Бобби просила ему кое-что передать.
— Где Бобби?
— Она ушла.
— Где Бобби?
— Она ушла. С концами.
— Куда?
— Я дал ей рюкзак. Набитый протеиновыми таблетками и крекерами, которые я украл в универсаме.
Вэтсьяайна остановился.
— Я спросил, где Бобби?
— Послушай, вчера ты продал ей все, что она хотела, так?
— Да.
— Вот она и ушла.
В лунном свете Вэтсьяайна, не мигая, смотрел на него.
— Зачем тебе Гамми?
— Я тебе сказал. Бобби хотела передать ему несколько слов.
— Скажи их мне.
— Скажу только Гамми.
— Скажи мне.
— Отвали, Толстяк Сэм, — и Флетч двинулся к набережной.
В эту холодную ночь ему было неуютно на расстеленном на полу мате. Ему недоставало спального мешка. Недоставало Бобби. Вместе им было тепло в спальном мешке.
Глава 19
Флетч услышал тяжелые, поднимающиеся по лестнице шаги. Они не спешили. Пересекли площадку перед его дверью и пропали.
Дверь медленно распахнулась.
В проем заглянули двое полицейских.
Флетч сел.
— Доброе утро, — поздоровался первый полицейский. Оба они успели принять душ, побриться, выпить кофе.
— Какой сегодня день? — спросил Флетч.