Там, в тени, прислонившись спиной к кирпичной стене, сложив руки на груди, стоял подросток.
— Привет, — весело поздоровался Флинн. — Тебя-то я и искал.
— Меня? — Подросток подозрительно оглядел Флинна.
— Тебя.
Подросток сплюнул сквозь зубы:
— Чего надо?
— Хочется узнать, почему такой славный парнишка, как ты, у которого впереди целая жизнь, торчит в этом мертвом городке?
— Вы думаете, мне надо сматываться отсюда?
Флинн обвел рукой тишину и пустоту:
— Жизнь тут, мягко говоря, не бурлит.
— Да, делать тут нечего, — кивнул подросток. — Если, конечно, ты не играешь в триктрак.
— А тебе не нравится триктрак?
— Меня в игру не возьмут. Нет денег.
— А что случилось с твоими деньгами? — спросил Флинн. Подросток вскинул на него глаза. — Не волнуйся, дружок. О деньгах я знаю. В прошлом апреле ты получил сто тысяч долларов. Что с ними стало?
— Их взял мой отец. Хотя на конверте стояло мое имя. Он говорит, что деньги его. Мне — семнадцать. Он говорит, что я еще несовершеннолетний.
— А что считаешь ты?
— Я считаю, что на конверте было мое имя. У всех моих сверстников есть деньги. Хотя бы для того, чтобы купить автомобиль.
— Каждый мужчина, женщина, ребенок, проживающие в этом городе, в апреле получили по сто тысяч долларов? — спросил Флинн. Подросток вновь сплюнул. — Отвечай, парень. Судя по всему, тебе терять нечего.
— Точно… Получили.
— И откуда взялись деньги?
— Их подбросили. Вечером их не было, а утром появились на крыльце каждого дома. В больших конвертах из плотной бумаги. — Он улыбнулся. — Одному чудаку, правда, денег не досталось.
— Как так?
— Он жил на втором этаже двухквартирного дома. Встал поздно. Вечером крепко выпил. — Вновь плевок. — Услышал, что все в городе получили деньги. Сообразил, что его деньги утащил сосед. И застрелил его. — Подросток рассмеялся.
— Застрелил, в смысле убил?
Подросток кивнул.
— И сосед таки украл деньги?
— Они лежали в его холодильнике.
— Но деньгами-то он попользоваться не сумел, — покачал головой Флинн. — Его арестовали. Отдали под суд. Посадили в тюрьму.
— Никто его не арестовывал. Или вы думаете, что жители этого города могли рискнуть сотней штук ради того, чтобы какого-то подонка засадили в тюрьму? Никогда. Теперь это очень тихий город, мистер. Сор из избы никто не выносит. Они все рехнулись. Весь город. Все заперлись в своих норках. Боятся, что появится какой-нибудь умник вроде вас и скажет, что деньги надо отдать. Боятся, что их ограбят. В последнее время в этом городе стреляют. Но все остается шито-крыто.
— А кто, по-твоему, мог сотворить такое с целым городом? — спросил Флинн.
Подросток мотнул головой:
— Что мне до этого? Какой-нибудь псих. Псих, который решил завалить город деньгами, чтобы свести всех с ума. И ему это удалось.
— А как насчет тебя? — спросил Флинн.
— Я жду, пока мне исполнится восемнадцать.
— А что потом? Пойдешь служить на флот?
— Нет. — Опять плевок.
— Так что ты собираешься делать?
— Там и поглядим. — Подросток устремил взор к синему небу. — Если мой отец не отдаст мне денег, я его убью. И уеду из города. А может, и останусь. — Он отлепился от стены, опустил руки. — А служить на флоте я не собираюсь.
Не дойдя шага до угла, подросток обернулся.
— Вам бы лучше уехать из города, мистер. — Говорил он тихо, почти что шепотом. — На дне бухты много скелетов. Одним больше, одним меньше — разницы никто не заметит.
Флинн наблюдал, как он пересек улицу, прошел на пустырь, скрылся за громадной кучей битого кирпича.
Такси подъехало в десять минут четвертого.
Глава 18
В тот же вечер, приземлившись в Вашингтоне, округ Колумбия, Флинн размышлял о всех тех годах, в течение которых Б. Н. прилагала максимум усилий, дабы держать Френсиса Ксавьера Флинна подальше от Вашингтона (а также Лондона, Парижа, Бонна, Рима и прочих столиц больших государств), подальше от национально ориентированных правительственных комиссий, мечтавших как можно больше узнать и о международной, частной, не признающей границ организации Б. Н., и об основных этапах биографии самого Флинна.
Информация о смерти Флинна из заслуживающих доверия источников поступала никак не меньше десятка раз. Его «положили на лед», отправив служить инспектором (единственным инспектором) в бостонскую полицию. Но Б. Н. Зеро продолжал привлекать его, когда возникала такая необходимость, к деятельности своей организации, поскольку эти экстраординарные (всегда экстраординарные) задания мог выполнить только он. Годом раньше, когда Флинн летал в Чад, полицейскому руководству сказали, что он лежит в больнице с колитом. В этом году Флинна свалил с ног аппендицит. На самом же деле Флинна отличало отменное здоровье.