Внезапно открывается дверь и заходит Даниель. Поворачиваюсь к нему и замираю. Фен выпадает с рук от растерянности. Земля уходит с под ног.
— Кровь. Ты… ты ранен? – дрожащим голосом спрашиваю едва выговаривая слова.
Глава 37
— Царапина. Залатали уже. Успокойся. Не трясись мелкая. Побледнела как стена – спокойным тоном отвечает. Будто, это в ходе привычных вещей. Серьезно. Не трястись? У меня сердце в пятки ушло как увидела на футболке кровавое пятно. Откуда мне знать что случилось. Сразу в голову бредовые мысли лезут. Стою на месте не двигаясь, наблюдаю за ним.
Одним движением стягивает футболку и бросает на пол. Так, будто там и вправду царапина. Направляется в сторону душевой обходя, застывшую меня. На лице как и всегда холод. Даже сейчас скала. Как так можно? Мне не понять этого. Но сейчас не это волнует. На массивном плече красуется уже зашитая рана. Небольшая. Всё равно моторошно. Мороз проходится по коже.
— Чего застыла, карамеля? Походу ты свои кудри сушить собиралась. Так давай – кивает на фен, валяющейся на полу.
— Как так случилось? Кто это сделал? – поворачиваюсь лицом в его сторону. Мне сейчас не до волос и прочего. Непонимающе смотрю на Флетчера. Ищу ответы на волнующий вопрос. Строгий взгляд сканирует меня. Лезу не в своё дело. Поняла без слов.
— Теперь всё хорошо. Этого знать тебе достаточно. Не лезь куда не надо. Не суй свой маленький нос , мелкая. Больше повторять не стану. А теперь иди, если конечно не хочешь присоединится – сбрасывает остатки одежды и стает под душ. Сглатываю ком перекрывшей воздух. Струи воды обжигают громадное тело. Не туда заносит.
Так, стоп. Разворачиваюсь и быстро прямую назад в спальню.
Он предельно ясно дал понять, что меня не касается его жизнь. Неприятно. Неужели так тяжело хоть что - то сказать. Может я волнуюсь. Какая же дура. Сама же тянусь к нему. Глупая. Самонадеянная. К черту такое.
Выхожу на террасу. Вечерний, свежий воздух заполняет лёгкие. Лёгкий, летний ветерок развевает мокрые волосы. Так и не высушила. Не было желания находится в одном помещение. Как он так может? Такое чувство будто я пустое место. Его игрушка. Не более. Тяжело вздыхаю. И я такая наивная. Вроде взрослая, серьёзная, знающая чего хочу от жизни. Всегда принимаю самостоятельно решения. Столько уже прошла. Пережила потери. Выкарабкалась. Смогла начать жить заново. Только начала дышать свободно снова. И тут за один миг всё перевернулось с ног на голову. Я не заслуживаю такого отношения.
Меня хватают за руку и поворачивают к себе. Ну что ещё? Господи, помоги мне. Настроение и так на нулю.
— Зашла во внутрь. Какого черта полезла сюда с мокрой головой? – такая грубая забота сильнее путает мысли. По другому он не может. Но эти приказы распаляют внутри бурю гнева. И поделать невозможно ничего. Он такой есть. Холодный. Строгий. Решающий всё за всех. Только он и его принципы. Других не существует.
Даже слушать не станет мои возражения. В ванной уже услышала, что « хотела». Сполна. Достаточно на сегодня.
— Подышать хотела – отворачиваюсь в другую сторону чтобы не смотреть не него.
— Мелкая, давай без капризов. А теперь мигом во внутрь. Нахватало мне ещё, чтобы заболела – тянет за руку в спальню, закрывая стеклянную дверь.
Забираю руку, на благо отпускает. И ложусь в постель, закутываясь одеялом. Прохладно как - то.
Флетчер выключает свет и ложится со своей стороны. Притягивает за талию к большой, громадной груди. Губы касаются мочки уха, щекоча горячим дыханием. Рука покоится на животе слегка поглаживая. Стараюсь дышать ровно не выдавая волнения.
— Перестань дуться. Знаешь, что не подействует – шепочет над ухом. Резко кусает за мочку заставляя вздрогнуть. Рискую. Поворачиваюсь лицом к нему. Сердцебиение отдаётся в ушах. Дыхание учащается. Снова лезу и потом буду мучаться. За свою же глупость.
Но не могу по другому. Мной управляет точно не разум.
Глава 38
— Сильно болит? – слегка касаюсь пальцами раны. Внутри неприятно что - то сжимается.
— Нет. Бывало куда похуже – его глаза прикрыты, большая ладонь проходится по моим волосам. Другая рука за талию сильнее прижимает к громадной груди. Втыкаюсь носом. Вдыхаю уже такой знакомый аромат. Теряюсь в ощущениях. Тех самых, что утром. Глубоко внутри хочу заткнуть говорящий голос. Убеждающий, что именно этого мне хочется как бы я не протестовала. Прикосновений. Его внимание. Его заботы. Пусть даже редкой и грубой. Но такой, какую может дать только он.