Наконец я всплеснула руками и упала на кровать, принимая поражение и сразу начиная допрос:
— Как обучают андабатов? — Задала я вопрос, который мучил меня уже очень долгое время.
— Ты не хочешь этого знать. — Заявил Бренд. Ну вот, начинает. Нарушение правил, желтая карточка. Еще одна и вылетит, игрок фигов.
— Если я спросила, значит, я хочу услышать ответ.
— Долгая история.
— Какое совпадение, у нас как раз предостаточно времени для долгих историй. Я же заточена в этом замке на сколько?.. Хм… На лет 80? Столько я в лучшем случае еще проживу, да?
Брендан вздохнул. Или все отмазки кончились, или он просто понял, что я могу парировать их дольше, чем он придумывать достойные аргументы.
Он взял из поленницы пару дров и закинул их в камин. Затем парень взял деревянный стул, весьма грубо сколоченный, и, повернув спинкой ко мне, уселся, расставив ноги и положив руки на спинку:
— Коротко о первом годе, или то, что я помню: мало еды, мало пригодных для жизни условий. Много работы и обучения во всех сферах военного искусства. Также много парней, примерно одного возраста, которых с каждым месяцем становилось все меньше. И много андабатов. Андабатов, о которых ходили легенды и которыми мы восхищались в детстве, как героями, если помнишь. Но не все они были такими… Мужчина, который был в твоем доме. Один из них, старший — Виктор. Он стал мне как отец, думаю. Его заслуга точно есть в том, что я выжил. Хотя его же вина и в том, что меня многие возненавидели.
Только я обратилась в слух, как в дверь забарабанили:
— Брендан!
— Я занят! — Рявкнул парень. Даже его голос изменился, из тембра друга-рассказчика, он стал командным, внушительным.
— Но… — Раздалось за дверью.
Брендан вскочил и в три шага преодолев расстояние до двери резко распахнул дверь:
— Что тебе непонятно в фразе «я занят», Кроули?
За ней оказался один из парней, которого я чаще всего видела за разбором новостей и газет.
— Пират вернулся!
Видя лишь широкую спину Бренда, я все равно ощутила, как атмосфера вокруг него изменилась:
— Торрент? Я сейчас.
Не дожидаясь объяснений, он снова захлопнул дверь перед носом гонца.
— Ты можешь быть и помягче со своими друзьями. Кто такой Пират?
— Можно сказать — это наша разведка. В одном из направлений… Он знает больше всех о достижениях прошлого.
— Местный археолог?
— Вроде того. Мы живем в интересное время, всю мудрость похоронили вместе с нашими предками, поэтому тот, кто знает все о прошлом — знает все о будущем.
— Ох, Гном, это одна из самых мудрых вещей, которые я от тебя слышала. — Впечатлилась я, театрально приложив руку к сердцу. Затем задумалась, побив указательным пальцем себя по нахмуренному лбу: — Погоди-погоди… Нет, это самая мудрая вещь, определенно!
Тот фыркнул:
— Ты идешь со мной?
— А можно?
— Если я спросил, значит можно? — Ого, мне что, вернули мою же шпильку? Уважаю!
Меня не надо было просить дважды, так что я мигом бросилась вслед за вышедшим парнем. Какое-то время он вел меня по изгибам крепости, а затем наконец остановился и, толкнув перед собой огромную дверь, прошел внутрь.
Не смотря на внушительную дверь, зал за ней оказался совершенном маленьким, хоть и с высоким потолком. Вообще, архитектор этой крепости явно был пьян, хотя, может такого рода помещение и несет в себе какой-то функционал.
Внутри зала оказалось трое людей, два из них, при виде нас с Бренданом, кивнули и вышли, остался третий. Парня я видела впервые, и это 100 %, потому что такое чудо я бы запомнила. Серо-голубые глаза, широкая улыбка с небольшой щелью между передними зубами, которая ничуть его не портит, а даже наоборот, вьющиеся светло-русые волосы, завязанные в высокий хвост и… И вот тут началось. По лбу у него тянулась черная полоска, справа от нее отходило ярко-оранжевое стекло. Проще описать это так: очки без одной половины. Но он ее точно не потерял, это было задумано. За левое ухо был заправлен черный шнур, его конец торчал из раковины. В руках парень держал… Телефон!
— Брендан, салют! — Воскликнул он жизнерадостно, а затем посмотрел на меня. — Ого, а это кто?
— Не играй в наивность, тебе наверняка уже все растрепали. — Поморщился Бренд.
Парень хитро улыбнулся, растягивая свои губы чуть ли не до ушей с примочками в них: