В обще и целом городок сохранил свою структуру – огромная площадь-плац, а вокруг него дома наёмников, правда один выделялся особо. Задними стенами дома плотно примыкали к городской стене, и плотно смыкались друг с другом боковыми стенами. Внешний фасад в виде двускатной кровли был лишь фасадом, и стоящие вдоль стены дома образовывали собственно широкую стену, по которой можно было не то что лошадей, но танки рядами гонять. Это решение показалось Анзубу интересным, так как позволяло эффективно оборонять посёлок, и при учёте гладкой стены, высотой около восьми метров, взять городок с налёта будет сложно.
Да и сама площадь изменилась, теперь это не пыльная, утоптанная площадка, кривая из-за рельефа местности, а абсолютно ровная, залитая дорожным материалом и геометрически правильная площадь. Город, как и раньше открывался в сторону моря, где площадь плавно переходила в пирсы, у которых покачивались три корабля – небольшой вёсельный рейдер, вёсельная же грузовая галера, и совсем маленький одномачтовый кораблик, непонятно каким образом тут оказавшийся.
- Это что за посудина? – Анзуб указал рукой на парусное судно, - для чего она?
- Господин, это торговец, для него в городе построена лавка, и он привозит нам товары, которых мы не можем найти на острове, в основном еда и одежда, ещё иногда оружие, - Закрам немного удивил Анзуба, про такое нововведение он пока ещё не слышал, - там же мы и некоторые трофеи можем продать.
- Что ж, свободное предпринимательство я не могу не приветствовать, - Анзуб ухмыльнулся, ведь тут явно просматривались уши Цзянь Чу, ушлый китаец ни за что не упустит возможность подзаработать, хорошо, что зарабатывал он для казны, - если буде обижать сообщи мне.
- Мы ему тогда голову отрежем! – Закрам оскалился, - Вы же потом всё равно его воскресите? А наука будет.
- Ты ведь что-то ещё мне хотел сказать? – Князь вопросительно поднял бровь, - Не думаю, что экскурсия по городу – это сама цель…
- Вы правы господин, - Закрам поклонился, - прошу Вас следовать за мной.
- Ну вели, показывай, чего там у тебя, - Анзуб проследил, как в полусогнутом состоянии Закрам продолжал пятиться задом в сторону большого дома, - посмотрим, обсудим.
Посёлок небольшой, поэтому и идти далеко было не нужно. Кстати, Анзуб зашёл в один из домов, и был удивлён лаконичностью постройки. На первом этаже располагалась небольшая прихожая, плавно переходящая в лестничных холл, откуда аккуратная дверь вела в не большую кухню с большим, радужным окном, а лестница оказалась не прямой, а немного изогнутой, для экономии места, и на втором этаже помимо маленького лестничного холла расположился небольшой кабинетик, как правило все наёмники делали из него оружейную комнату с узким окном, почти бойницей и массивной, толстой дверью, и спальню, небольшую, но с таким же большим окном как и в кухне, в общем планировка дублировалась, но выглядело всё вполне себе гармонично. Личные удобства же незаметно расположились под лестницей. Судя по размеру санузла, он занимал часть стены, так как немного выдавался за общий объём помещения. Что характерно – кровать была двуспальная, несмотря на то что женщин в посёлке можно было посчитать на одной руке.
Когда Анзуб с продолжающим пятиться задом Закрамом подошли к «Большому дому», то нарисовавшиеся откуда-то наёмники распахнули перед Анзубом двери. Внутри это не был дом в обычном понимании. И было заметно, что без божественного присутствия тут точно не обошлось. Если снаружи «дом» был на пару этажей выше остальной конструкции, и изначально был принят Анзубом за надвратную башню, то внутри оказалось достаточно большое помещение, которое вполне могло бы вместить всех наёмников сразу. Стены основного зала, а были ещё слабо выделяющиеся двери на задней стене, оказалась богато украшены фресками и лепниной, рассказывающей о боях, прошедших ранее.
Были тут и сражения при По, Были бои на Сицилии, где на одной из фресок Анзуб узнал своё изуродованное тело, была и фреска с плачущей над ним Тики, была стилизованная сцена «воскрешения» Айсун и боевых товарищей, сцена боя Айсун с гиеной тоже была, естественно были все бои с дикарями и поселенцами Золотого Города, и даже были сцены битв Ториуса, о которых ни Анзуб ни тем более наёмники ни чего не знали. Все фрески буквально дышали кровью и потом, лица воинов светились боевой радостью, если женщины плакали, то казалось, что слёзы сейчас упадут на пол, что, собственно, и случилось, когда Анзуб долго рассматривал фигуру хрупкой, плачущей Тики. Почему-то каждую минуту на пол с потолка теперь капала слезинка, иногда превращаясь на лету в крохотный кристаллик нежно голубого или нежно розового цвета.