На паланкине, под шёлковым навесом сидела, наряженная в полупрозрачные белые одежды из легчайшего шёлка с тонкой золотой вышивкой, Айсун и держала на руках младенца, которому было на вид около года, всё-таки самое маленькое ядро значительно ускорило развитие организма, и девочка выглядела теперь гораздо старше своего возраста. Анзуб объяснил своей второй жене политическую важность момента, поэтому она изо всех сил старалась изображать из себя заботливую мать, которая нежно держала ребёнка на руках, тогда как кормилица, Шая, шла в колонне людей позади паланкина, и напевающих какую-то мелодию, символизирующую великую радость от сошедшего на землю чуда.
Анзуб, как и положено правильному отцу, встречал жену из роддома с цветами в руках. Точнее вдоль дороги, а точнее мостика через речушку, которая образовывала условную границу города, стояли несколько десятков женщин, что характерно в праздничных белых одеждах, и бросали яркие, красивые цветы под ноги легионерам, несущим паланкин. На противоположной стороне моста процессию встречал сам Анзуб.
- Приветствую тебя, любимая моя жена Айсун! – Анзуб поднял в приветствии руку, - С чем ты пожаловала в наш город?
- Приветствую тебя мой любимый муж Анзуб! – Мелодично пропела с паланкина Айсун, - Я принесла Надежду нашему народу!
- Вознесём же благодарность Даме Марии, что подарила нам эту Надежду! – Анзуб поднял руки и лицо в небо, - Пусть она станет благой вестью для нас, и народ наш не сгинет в небытие, а будет плодиться и развиваться!
В этот момент, все, кто не был занят в поддерживании паланкина, не держал в руках ни чего ценнее первого ребёнка, подняли руки к небу и вознесли благодарность Даме Марии, после чего сама Мария появилась среди облаков в виде божественного лика, и протянув к благодарящим руку, благословила их.
Надо сказать, что кроме хора в колонне за паланкином и встречающих женщин с цветами, на площади перед мостом, а эта как раз и была центральная городская площадь, собралось всё население Великого Новгорода, которое по традиции стояло без головных уборов, и когда князь стал благодарить Даму Марию, тоже поднял руки к небу в благодарении за чудо и Надежду. И когда в небе появился лик Марии, вся площадь буквально загудела, кто-то просто кричал, кто-то начал молиться непонятно на кокой лад, кто-то начал танцевать, в общем началась всеобщая городская истерия, после которой часть народа, как были в парадной одежде, побежала достраивать храм, а остальные, откопав где-то барабаны, дудки и самодельные гитары начали распевать хвалебные песни Даме Марии, кто во что горазд.
Дабы поддержать дух праздника, Анзуб велел выкатить на площадь несколько десятков бочек с вином, закуску и столы люди уже сами организуют, как и увеселительные мероприятия. И по случаю такого чуда, велено было гулять минимум три дня! Правда если кому не хотелось три дня восхвалять Даму Марию, то тот мог принести благодарность на строительстве храма.
После встречи паланкина, Анзуб возглавил колонну, и проследовал до княжеского дома, где легионеры плавно опустили паланкин на землю, и позволили сойти матери с дочерью на землю. Затем отец со своим семейством прошёл в открытые двери дома, следом зашла Айсун с ребёнком, и караульные закрыли двери. Через несколько минут на крыше дома, которая являлась ещё и смотровой площадкой появился Анзуб, с девочкой на руках. Князь поднял девочку высоко над головой и прокричал чуть ли не на весь город:
- Ликуйте люди! Ибо к нам пришла Надежда!!!
Девочка уже собиралась расплакаться, но Анзуб опустил её, нежно обнял и поцеловал в лобик, а затем передал на руки тихо подошедшей сзади Шае. Естественно всё мероприятие было срежессировано, продумано, были заготовлены записи в летописи и даже выпущена небольшая партия памятных монет, крупного достоинства, где красовался не лик Анзуба, а лицо маленькой девочки, увенчанное золотым венцом. Но так было нужно, потому что народу нужны такие события, и пусть Айсун изначально кривилась от такой идеи, и она вовсе не считала своим ребёнком маленькую Надежду, что так и было на самом деле, но девушка очень хорошо понимала всю важность события, поэтому не стала уклоняться от участия в нём. Тики же возглавила мероприятие, нашла талантливых сочинителей, придумали песни для восхваления богини и просто воспевания ситуации, подобрали хорошо поющих женщин для свиты, придумали одеяние воинов, да много всего, включая секретность всех приготовлений…
После того, как женщины ушли к князю присоединился Ноэль.
- Хорошо всё придумали, - Начальник тайной стражи был во всём проинформирован заранее, ведь какой смысл что-то таить от человека, которому по долгу службы положено всё знать? – народу нужен был такой праздник.