Так что его корабль входил в тёмную пасть станции так же неуклюже и уверенно, как зверь, возвращающийся к своим старым шевелениям. Снаружи “Троян” выглядел крошечным – его тонкий клин корпуса отражал ряды прожекторов и мириады антенн станции, как бы подтверждая:
“Мы пришли в дом хищников, но с одним своим собственным секретом в кармане.”
В на главном экране мостика корвета огни причалов растянулись в длинные полосы. Рядом в свободном пространстве вертелись многочисленные грузовые манипуляторы. Их оранжевые лапы складывались и раздвигались, как многочисленные пальцы, готовые ухватить застрявший или нуждающийся в перемещении товар.
Навигационная служба встретила их стандартной симфонией. Запросы на идентификацию… Вежливые, а точнее – корыстные предупреждения о “местных сборах”, а также короткая информационная и документальная музыка – коды причалов… Платёжные реквизиты… Номера стояночных слотов… Представитель навигационного пункта появлялся в эфире как хриплый голос, с шипящим акцентом и неприкрытым любопытством:
“Кто вы и что везёте?”
И в его вопросе уже лежала ставка. Сколько новички готовы заплатить, чтобы не проверяли содержимое его трюмов. Эльфийка Сейрион, ведомая влиянием ошейника раба, заняла место у штурвала. Это была сцена определённой механики. Её пальцы – тонкие, отточенные – стремительно пробежали по родным клавишам корвета, и сама машина, казалось, ответила ей знакомым откликом. Она не говорила много. Её голос был тих, но точен, как резец. Она входила в причальную процедуру так, будто знала каждую трещину на этих доках:
“Причал C-12… Корректировка векторной привязки минус двадцать… Снизить вращение на семь десятых градуса”
Короткие команды звучали, как заклинания, и “Троян” плавно покорялся, наклонялся, выравнивался. А разумные на причале следили, ворча, но уважая – ведь знание штурманских тонкостей ценилось здесь дороже любого золота.
Благодаря её стараниями стыковка прошла тихо, но не бесшумно. Влагоомные зажимы со звуком, похожим на старую печать, защёлкнули, гидравлические стяжки натянулись, и мостик причала как губа сомкнулся вокруг тонкого киля корвета. По трубам причала пробежал запах смазки, выхлопа и тонкий острый привкус озона – запах больших машин, которые делает человек вручную. Служащие этого причального ангара спокойно подошли к люку с своим оборудованием. Один из них – в желтом жилете, с выгоревшим шевроном навигации – спустился по трапу и встал напротив вышедшего ему навстречу Кирилла.
И это был не важный бюрократ, а практик. Карие глаза… Не раз ломанный нос… Явно отбитый при решении каких-то дел. И пальцы, практически “вмятые” во владение сигнатурой причала.
– Документы… Ведомости об оплате. Пробы содержимого… И разовая плата за подключение к сети. – Его голос был сух, но глаза не отрывались от груды трофеев, видневшейся в трюме. – Платёж в империалах или в товаре. Соединение с общей шиной – ещё плюс. И помните, что у нас свои правила.
Кирилл расплатился без театра. Кассета с четырьмя империалами из сундука пиратской каюты легко скользнула в руку навигационного представителя, как знак уважения. Часть денег – стандартный причальный тариф. Часть – неофициальная мзда для тех, кто решает “не лезть” слишком глубоко в содержимое трюма. Документация заполнила экраны планшетов. Номер лота… Время стоянки… Ограничение доступа к причалу… Рабочий быстро подкрутил контактный штекер к бортовому разъёму станционного интерфейса и дал знак подключиться.
Подключение к местной сети – это был маленький ритуал. На дисплеях “Трояна” возник поток прокладок. Авторизация… Обмен ключами доступа… Уступки протокола… Эта сеть не была публичной. Это была кишащая межофисная паутина, торгующая слухами и ценами, кормящаяся данными о том, кто и что именно продаёт. Доступ к ней стоил денег, но давал видимость – видимость спроса, покупателей и тайных аукционов. Техник на причале позаботился, чтобы их канал врезался в нужные узлы. “Черный хаб” для редкостей, “индустриальный лист” для запчастей и “торговая витрина” для объявлений.
Первые шаги были практичны. Кирилл прописал списки трофеев, что доставил на продажу:
“ Первый лот – две трёхствольные орудийные башни , в паре с элеваторами подачи снарядов. Полный комплект оборудования…
Второй лот – пять турелей с автоматическими четырёхствольными пушками противомоскитной обороны среднего класса. Включая системы перезарядки и наведения. Полный комплект оборудования…