— Как я могу быть уверена? Я что, миколог? Знаю только, что большинство открытых здесь животных и растительных ядов действуют быстро. А ты все еще ходишь и говоришь. — Она кивнула на транкса. — В отличие от него.
Флинкс носком ботинка смахнул с инсектоида обугленные концы щупалец.
— А это что за дрянь?
— Хаусторий, саморазмножающаяся сеть. Ее выпустил только что застреленный тобой лишайник. Ячейки способны множиться до бесконечности, вернее, пока не охватят каждую клетку жертвы. Так уж эта сеть питается. А транксом, похоже, лакомилась несколько часов.
— С виду — нитка и нитка, — пробормотал Флинкс, — но попробуй разорви. Слушай, а твоя аптечка не может привести его в чувство?
— А как же! — Клэрити ощупала карманы. — Эта штуковина действует на любого, кто дышит кислородом. Сейчас проверим ее в деле.
Клэрити достала из кармана две трубки. Склонившись над транксом, Флинкс разломил одну возле ближайшей спикулы. От едкого химического дыма б-грудь содрогнулась, транкс застонал — это был жуткий, нечеловеческий звук. С помощью Флинкса инсектоиду удалось перевернуться на брюхо, подобрав под себя стопоруки и истноги. Жвала на сердцевидной голове подрагивали — верный признак боли. Мимикой он не владел, ее заменяли характерные движения головы, усиков и тонких пальцев ист-рук. Он то и дело потирал их друг о друга.
— Ну, ну, расслабься! — посоветовал ему Флинкс.
Шевеление крошечных пальцев замедлилось. Транкс заговорил — снова еле слышно, но вполне разборчиво:
— Вы не из их числа? Не из этих сумасшедших людей, которые напали на нашу колонию?
— Нет. Мы сами едва спаслись от них.
Клэрити подошла ближе:
— Я Клэрити Хельд, ведущий генный инженер фирмы «Колдстрайп». А кто вы?
— Совелману из группы исследователей с планеты Уиллоуэйн. Мы здесь изучаем пищевые ресурсы.
Транкс повернул синеватую голову, чтобы лучше рассмотреть дымящуюся массу щупалец под выступом скалы.
— Похоже, эти ресурсы тоже проявили ко мне интерес. — Транкс перевел взгляд на поврежденную ногу, все еще покрытую лохмотьями хаустория. Его голос дрожал и не вязался с шутливым тоном. — Однако это довольно болезненно, должен вам признаться.
— Что он говорит? — спросила Клэрити. — Я не слишком сильна в транксийском.
— Ему больно, — объяснил Флинкс. — Эта гадость питалась его ногой.
— Надеюсь, она не успела запустить отростки в брюшную полость.
Флинкс сообщил их новому знакомому о лингвистических затруднениях Клэрити и заодно перевел ее последнюю фразу.
— Нет, — ответил транкс на безупречном земшарском. — Как мне кажется, поражена одна только нога.
Затем он с любопытством посмотрел на Флинкса.
— Ты говоришь на чистейшем нижнем транксийском, на какой только способен человек. Я имею честь беседовать с ученым-лингвистом?
— Нет. — Флинкс отвернулся. — Просто у меня был отличный наставник. Но давай лучше обсудим мои таланты в следующий раз. Пока же нам лучше заняться твоей ногой.
— Ах, да, ногой. — Транкс внимательно осмотрел пострадавшую конечность. — Боюсь, что это напрасная трата времени. От нее почти ничего не осталось. Готов поспорить, что если бы вы не поспели вовремя, это ужасное растение — или животное? — сожрало бы меня со всеми потрохами. Голову, конечно, оставив напоследок. Не лучший способ уйти из этой жизни.
— Мы можем вас нести, — предложил Флинкс.
— В этом нет необходимости, полагаю, вы тоже об этом догадываетесь. И тем не менее весьма благодарен. Вы настоящий знаток обычаев Улья. Конечно, я в состоянии ковылять на трех ходильных конечностях, но куда разумнее будет забыть на время о собственном достоинстве и воспользоваться иструками.
Флинкс такого ответа и ждал, но кодекс вежливости Улья требовал, чтобы Флинкс предложил пострадавшему транксу нести его в вертикальном положении. Обычно транксы избегали ходить на верхней паре рук, поскольку это напоминало об их происхождении от безмозглых насекомых.
— Я занимаюсь разведкой наскальных пищевых ресурсов— Транкс повернулся к Клэрити. — Кто по профессии вы, я теперь знаю. — Он вопросительно посмотрел на Флинкса.
— Я изучаю все, что меня окружает, — сказал Флинкс. — Послушайте, если вы в состоянии идти, то нам лучше не задерживаться в этом месте. Здесь не слишком много опасных форм жизни, но я терпеть не могу паразитов.
— Понимаю и вполне разделяю эту точку зрения. А что значит — изучать все, что тебя окружает?
Ему объяснила Клэрити, даже упомянула о том, как Флинкс угодил в эту историю. Все из-за того, что пришел ей на помощь.