В неприступных стенах Крэнга не было ветра. Было мертво тихо. Полмиллиона лет мертвой тишины, напомнил себе Флинкс. В отличие от предыдущего визита, когда он и его спутники были вынуждены бродить по огромному пространству, на этот раз они путешествовали по огромному амфитеатру, минуя его чужеродные кресла-гостиные, к дальней стороне сооружения на сиденьях удобного скиммера. . Их целью была платформа, которая немного возвышалась над остальной частью желто-белого пола.
Он угрожал утонуть в потоке воспоминаний, нахлынувших на него при виде этого.
После того, как скиммер мягко опустился, он подождал, пока все остальные сойдут. Преодолев окружающие ее достопримечательности, к тому моменту даже Клэрити не стала задаваться вопросом, что его удерживает. Она и Лом вышли вместе с остальными.
Он последовал в должное время. Двое ученых обсуждали свое окружение и то, насколько точно они соответствовали их воспоминаниям. Кларити и Силзензузекс стояли и удивлялись. Но внимание Флинкса было приковано к стеклянному прозрачному куполу, который образовывал навес над местом упокоения Тар-Айым. Как и все остальное внутри Крэнга, платформа была в точности такой, какой он ее помнил: слегка наклоненная в сторону амфитеатра, второй меньший купол висит над нижним, волокна, нити и пряди инопланетного трубопровода сбегают с его пьедестала, чтобы исчезнуть в стенах и земля.
Все это случилось вчера, сказал он себе, пристально глядя на непритязательную связь силы и созерцания. На самом деле все это произошло более десяти лет назад.
Пробуждались не только его воспоминания, воспоминания Брана Це-Мэллори и Эйнт Трузензузекса.
Глубоко в сердце невообразимой сложности Крэнга началось пробуждение. В ответ на прибытие разумных существ были восстановлены давно бездействующие связи. Безмолвные связи вспыхнули к жизни. Освещение проявлялось в фотонных миганиях и вспышках, значение которых было бы потеряно для человека или транкса. Шаг за шагом, секция за секцией, элемент за элементом, основные компоненты приборов, которые со стороны могли показаться, что их функциональность больше обязана магии, чем известной физике, начали возвращаться к жизни.
В его основе было синтетическое сознание, столь же отличавшееся от искусственного интеллекта, управлявшего Учителем, как смоделированный разум отличался от мозга рыбы. Для крэнгов прошло совсем немного времени. В последнее время («недавнее» для Крэнга само по себе весьма релятивистский термин) за его наблюдением произошли определенные важные события. Он угадал, что теперь их будет больше.
Великая машина, которой был Крэнг, была задумана и изготовлена для защиты ее создателей и самой себя от внешней опасности. Угроза, которая теперь маячила, далекая, но слишком реальная, была выше его значительной способности победить. Вследствие этого он периодически проникал через реальности, отличные от пространства-плюс и пространства-минус, в надежде найти союзников, которые могли бы помочь противостоять надвигающейся угрозе. В своем благочестивом и последовательном поиске он нашел двоих. Оба, как выяснилось, также знали об угрозе. Оба сами по себе были одинаково беспомощны, как древнее оружие Тар-Айым, чтобы предложить или предложить защиту от опасности.
Работа в унисон открывала более многообещающие возможности. Особенно, если удастся найти силу, способную связать всех троих вместе. К сожалению, такое уникальное и специализированное соединение, способное функционировать на столь больших расстояниях, не могло быть создано — во всяком случае, не за время, оставшееся до наступления полного уничтожения.
Поразительно, неожиданно, непредсказуемо оказалось, что такая сила уже существует. Невероятно, но необходимый триггер, необходимый ввод, уже был придуман. Узнав о его удивительном существовании, все три непостижимо несходных сущности в течение многих лет трудились с тонкостью и чуткостью, чтобы поднять спусковой крючок к осознанию себя и того, что поставлено на карту. В некоторой степени усилие га