когда вам станет лучше. Прощайте! Расставание - это такая сладкая печаль, не правда
ли?»
«Было бы лучше, мисс Пруденс, если бы вы позволили нам навестить вас на
Кларджес-стрит. Здоровье моего дяди не всегда позволяет ему принимать
посетителей», с нажимом сказал Макс.
«Конечно. Я понимаю», прошептала Пру. Поражая их обоих, она
откланялась, приседая в реверансax, более подходящих для тронного зала во дворце
Сент-Джеймс.
«Во всем этом нет необходимости, мисс Пруденс», кратко сказал ей Макс.
«Простого реверанса было бы достаточно».
«Я знаю, но мне нужна практика», ответила она.
Снаружи она обратила его внимание на герб Уэверли, нарисованный на
двери. «Разве это не красиво? Пейшенс называет это «загадкой пропавшей львинои
лапы»! Она такая дерзкая. Честно говоря, я бы хотелa, чтобы она отреклась от престола
35
и позволила мне стать баронессой. Я былa бы намного лучше, чем она».
Макс коротко поклонился, посадил ее в карету и закрыл дверь. Затем он
вернулся в гостиную к своему дяде.
«Какая красивая девушка», герцог поздравил его. «Живая тоже. У нее такая
энергия! Такая радость жизни! Oна мне очень нравится. Вы двое созданы друг для
друга!»
Макс не был ни в малейшей степени обманут. «Не волнуйся, дядя. Я вовсе
не собираюсь жениться на ней».
Герцог Сандерленда облегченно вздохнул. «О, слава Богу! Двадцать минут в
ее компании, и со мной покончено! Уверяю тебя, что я не против милой беседы, как и
любой человек. Но нельзя же говорить не умолкая».
«Мне жаль, что она навязалась вам».
Герцог собрал свои мохнатые серые брови. «У меня сложилось впечатление,
из рассказа молодой леди, что ты навязывался ей! Долгие романтические прогулки по
парку. Поездки в музеи, цирк, мадам Тус-Саудс».
«Я не видел вреда», сказал Макс. «Пока не стало слишком поздно».
«Ну, ты обещал ей бал», сказал герцог. «И она его получит. Я полагаю, нам
надо будет договoриться насчет Сохо».
«Нет, нет», сказал Макс. «Вы должны оставить все мне. Вы не пошевелите
и мизинцем».
«Я не против устроить помолвку», проворчал герцог. «Я бы не хотел, чтобы
ты женился без любви, дорогой мальчик, ты же знаешь! Я усвоил урок с твоим бедным
отцом, Боже, упокой его душу! Знаешь, я не молодею. Я хотел бы увидеть тебя
женатым, прежде чем я уйду. Я не хочу на тебя давить. Только учти, eсли бы ты был
женатым мужчиной, эта молодая леди не беспокоила бы нас!»
Серые глаза Макса сверкнули. «Жена как щит. Почему я не подумал об этом
раньше?»
«Должен же быть кто-то, кто тебе нравится», раздраженно сказал герцог.
«О, десятки», мягко ответил Макс. «Но если серьезно, это очень мило, что
вы позволяете мне выбрать мою собственную жену. Нет, это очень мило», настаивал
он, когда герцог слабо запротестовал. «Я ценю это. И я думаю, было бы глупо с моей
стороны заставлять вас ждать намного дольше. Вы помните высокую рыжеволосую
девушку на нашем Рождественском балу?»
Глаза герцога загорелись. «Дорогой мальчик! Мне достаточно, чтобы ты ее
помнил. У леди есть имя?»
«Изабелла Нортон. Граф Милфорд - ее брат».
Герцог поморщился. Наделенный чертами пивной кружки, он был довольно
искусен в гримасничании. «Подхалим Нортон?» - недоверчиво сказал он. «Если у него
есть сестра, ей должно быть не меньше семидесяти!»
«Вы думаете о старом лорде Милфорде», сказал ему Макс. «Я был в школе
с молодым лордом Милфордом».
«В самом деле? О, как летит время! Кажется, только вчера я отправил тебя
в школу. Так, так! Мой племянник, влюблённый в дочку Подхалимa Нортонa! Как
тесен этот мир».
Макс встревоженно покачал головой. «Я не сказал, что влюблен в нее, сэр!
Пока не заказывайте свадебный завтрак! Но она может подойти. У нее есть
происхождение, воспитание и манеры. Возможно, она не красавица, но она достаточно
мила. Она выглядит как герцогиня. Более того, она ведет себя как герцогиня! Я не даю
никаких гарантий, но я пообещал нанести ей завтра визит завтра».
«Отличное начало!» - cказал герцог.
36
****
После вторжения Пру в Сандерленд-Xаус Макс нашел тихую
безмятежность гостиной леди Изабеллы чрезвычайно привлекательной. Сама леди
была спокойнa и вежливa, и после мелодраматичной Пру Макс по-новому оценил ее
спокойствие и вежливость. Он чувствовал, что жизнь с Изабеллой не может не быть
безмятежной, и даже немного завидовал ее брату.
«Каким странным было мое вчерашнее поведение, леди Изабелла», начал
он. «Я считаю, что я должен перед вами извиниться, а также объяснится».