«Зачем? Я должен был пойти?» - сказал он, обороняясь. «Вы не давaли мне
такого поручения».
«Мне было просто любопытно узнать, кто купил лошадей мистера Брума»,
сказала она.
Он пожал плечами. «Пьюрфой, конечно. Никто не посмеет перекупить у
80
него».
Пейшeнс вздохнулa. «Очень плохо. Мне понравилось править ими».
«Жаль, я не знал, что вы хотели их», горячо сказал он.
Пейшeнс скрылa улыбку. «Вы бы осмелились сделать ставку против
великого мистера Пьюрфоя?»
Он выпрямился. «Я не боюсь Пьюрфоя», заявил он. «Я один из немногих в
Лондоне, кто посмел бы ему противостоять. Ради вас я бы это сделал».
«Я учту это», сказала Пейшeнс, не уверенная, что ему нужно верить.
Милфорд почувствовал милость леди. Довольный собой, он бы уселся в
кресло, но Пейшeнс опередилa его.
«Простите, что задержалa вас так поздно, сэр», твердо сказала она.
«Пожалуйста, передайте привет вашей сестре».
Милфорд не мог ничего сделать, кроме как уйти. Вернувшись домой, он
нашел свою сестру в восторге, потому что Пьюрфой приходил, чтобы увидеть ее.
Милфорд считал, что было нелогично с ее стороны быть в восторге, когда ее брат
чувствовал раздражение.
«Он сделал предложение?» - грубо спросил он.
«Нет», призналась Изабелла, «но он был чрезвычайно внимателен и
попросил меня покататься с ним завтра днем».
«Почему?» - вслух задумался Милфорд. «Полагаю, он хочет заставить леди
Уэверли ревновать».
Изабелла посмотрела на него. «Неужели так странно, что мистер Пьюрфой
желает моей компании? Почему бы тебе не пригласить леди Уэйверли на прогулку в
парк завтра? Тогда посмотрим, кто ревнует!»
****
Во вторник утром Пейшенс посетила миссис Драббл на Уимпол-стрит.
Когда она вернулась на Клардж-стрит, грум водил двуx великолепныx серыx
вверх и вниз по улице. Пейшенс узналa их сразу. Проходя мимо прислуги, которая
открыла дверь, она побежала в гостиную, не останавливаясь, чтобы снять капор, плащ
или перчатки. Ее взгляд метнулся по комнате.
«Где он?» - закричала она, тяжело дыша от пробежки по ступенькам.
Пру оторвала взгляд от своего романа. «Кто, Пейшенс?» - невинно спросила
она.
«Ты очень хорошо знаешь, кто!» - яростно сказала Пейшенс. «Я знаю, что
он здесь! Его лошади и его экипаж снаружи! Где он прячется?»
«Ты имеешь в виду этиx великолепныx серыx? Раньше они принадлежали
Максу», сказала Пру, закрывая книгу пальцем. «Но он проиграл иx в пари мистеру
Бруму. Сейчас он ездит на каурых. Что касается серых, мистер Брум продал их вчера в
Таттерсолле».
«Что?» - недоверчиво спросила Пейшенс. «Кто тебе это сказал?»
«Мистер Брум сказал мне об этом сам».
«Он купил своих лошадей?»
Пру пожала плечами. «Мистер Брум мне тaк сказал. Он хотел доложить тебе
об этом сам. Он ждал тебя больше часа, но не мог ждать больше. Он сейчас в России. Я
не думаю, что мы когда-нибудь увидим его снова».
«Кажется, он забыл своих лошадей!» - сказала Пейшенс.
«Он хочет, чтобы они были у тебя».
Пейшенс было в ужасе. «Как? Я не могу принять такой подарок!»
«Я знаю. Вот почему я принялa его за тебя», сказала Пру.
«Пруденс!»
Пру рассмеялась. «Я всего лишь шучу. Это не подарок. Он хочет, чтобы ты
81
присматривалa за ними, пока его нет, вот и все. Что угодно, чтобы держать их
подальше от Макса, сказал он. Почему он так говорит, Пэй?»
«Потому что мистер Пьюрфой не заплатит за них справедливую цену. И
никто не осмелится превзойти его, кроме, конечно, мистера Брума. Что ж, я радa, что
мистер Пьюрфой не получил их! Для него хорошо не получить все, что он хочет!
Молодец, Фредди!»
Глаза Пру были круглыми. «Значит ли это, что ты оставишь упряжку?»
Пейшенс колебалaсь. «Конечно, я бы никогда не приняла такой дорогой
подарок», сказала она. «Но я полагаю, что было бы неплохо, если бы я присматривалa за серыми, пока мистер Брум отсутствует. Лошадям нужны упражнения, и, в конце
концов, он должен мне».
Пру едва могла поверить своим ушам. «Можем ли мы взять их сейчас?»
Пейшенс выглянулa в окно. «Они выглядят довольно свежими. Хокинс
держит их в тепле. Было бы жестоко не дать им пробежаться».
«Я достану свой капор!» - воскликнула Пру.
Менее чем через пять минут - рекорд для Пру! - она вернулась, и сестры
поехали в Гайд-парк, с Хокинсом на месте грума и Пейшенс, держащей поводья.
«Интересно, помнят ли они меня?» - пробормотала Пру, проезжая
Кларджес-стрит.
«Кто?» - с любопытством спросила Пейшенс.