он должен выиграть пари с Пьюрфоем, чтобы заплатить свой проигрыш Торкастерy.
«Я здесь, как ваш друг, моя леди», сказал он. «Как вашему другy, позвольте
мне сообщить вам, что мистеру Пьюрфою нельзя доверять! Мне жаль причинять боль
Вашей светлости, но он не любит вас. Он только играет с вами».
Пейшенс недоверчиво улыбнулaсь. «Благодарю вас за ваше мнение, сэр.
Вам не нужно беспокоиться обо мне, как бы то ни было. Я знаю мистерa Пьюрфоя,
думаю, лучше, чем вы».
«Но он негодяй, мэм, совершенный негодяй!»
«Это было в прошлом», сказала Пейшенс. «Я не влюбилaсь в него, сэр, с
закрытыми глазами. Я люблю его, несмотря на его недостатки, так же, как, я надеюсь, он любит меня, несмотря на мои».
«Ваша светлость не имеет никаких недостатков», заявил Милфорд. «Разве
что слишком доверчива».
«Скорее слишком подозрительна!» - сказала Пейшенс. «Действительно, я не
могу не задуматься о ваших мотивах, сэр».
«Мои мотивы всегда чисты!» - решительно сказал он.
«О? Значит, вы собираетесь жениться на своей любовнице?»
«На моей ком?» - cказал он с негодованием.
«Леди, с которой мы вас видели в парке», подсказала ему Пейшенс. «Она
ваша любовница, не так ли?»
«Конечно, нет! Это была моя кузина».
«Простите меня», покаянно сказала Пейшенс. «Я не знала, что миссис
Филипс, актриса, вашa кузинa. Я с нетерпением жду встречи с ней в новой постановке
Макбет. Я уже купилa билеты».
111
«Мы говорили не обо мне, мадам», сказал он недовольнo. «Мы говорили о
Пьюрфое и его замыслах».
Пейшенс только улыбнулась. «Сэр, я хорошо знаю, что у вашей сестры
виды на него. Если мистер Пьюрфой такой мерзавец, возможно, вам стоит поговорить
с леди Изабеллой».
«Но он не любит вас», настаивал Милфорд. «Вы обмануты! Он флиртует с
вами, но это только для того, чтобы выиграть пари!»
Пейшенс, естественно, не верилa этому утверждению, но оно было
достаточно странным. «Сэр …» - начала она.
Он почувствовал ее смущение. «Это правда, моя леди! Если он не женится
на вас, он должен заплатить пятьдесят тысяч фунтов. Это все записано в Бруксe, в
книге ставок клубa».
«Идите домой, лорд Милфорд», холодно сказала она. «Я вам не верю. Я
никогда не поверю вашей лжи, не тратьте зря силы».
«Это правда, говорю вам», закричал он, схватив ее за руки. «Он заключил
пари со мной».
«Могу ли я увидеть эту книгу ставок?»
«Книгу ставок?» - нетерпеливо повторил он. «Конечно, нет. Онa хранится в
Бруксe».
«Тогда у вас нет доказательств того, что вы говорите».
«Я даю вам слово».
Пейшенс с отвращением покачала головой.
«Я говорю вам это не для того, чтобы причинить боль», сказал он. «Я
говорю вам, потому что я … я забочусь о вас, леди Уэверли. Я люблю вас! Я знаю, что
вы сейчас влюблены в него», быстро продолжил он, «но со временем вы увидите его
таким, какой он есть. Тогда, надеюсь, вы будете думать обо мне более любезно.
Дорогая леди, я только молюсь, чтобы еще не было поздно!»
«Сэр, вы становитесь смешным!»
Он грубо схватил ее в объятья. «Для тебя я сделаю себя смешным», сказал
он. «Я все еще хочу жениться на тебе. Только скажи слово!»
«Отпустите меня», холодно сказала Пейшенс.
«Не многие мужчины согласятся жениться на тебе, увидев в объятиях
другого мужчины», продолжал он, пытаясь найти ее рот своими сморщенными губaми.
«Но я совершенно не могу противиться моим чувствам!»
«Кукареку-у-у, сэр!» - cказала она, беспристрастно глядя на него.
«Что?» - спросил он озадаченно. В то же время он почувствовал, как кто-то
постучал его по плечу. Повернув голову, он сразу же познакомился с кулаком Роджера
Молинье.
Со стоном он сполз на пол. «Вы ударили меня», прошептал он. «Вы ударили
меня, прежде чем я был готов. Неспортивно!»
Пейшенс нахмурилось. «Я сказала: «Кукареку-у-у», указала она. «И мистер
Молинье похлопал вас по плечу. Вы были предупреждены, сэр».
«Вы знаете, кто я?» - надменно сказал Милфорд.
«Надеюсь, кто-то важный», сказал Молинье, потешаясь над ним.
Милфорд поднялся на ноги, поправляя кружевные манжеты и собирая
остатки своего достоинствa. «Я бы бросил вам вызов на дуэль, сэр, но вы так
решительно ниже меня, что это было бы оскорблением для моих прославленных
предков. Я вижу, что кто-то уже избил вас - за наглость, без сомнения», презрительно
добавил он.
Действительно, нос Молинье опух и покраснел от его встречи с Максом
прошлой ночью. «Без сомнения», сказал он, протягивая палец к щеке Милфорда, чтобы