— Выйдите на улицу! — Угрожающе орёт низкорослый мужчина средних лет. — Здесь запрещено драться! Иначе я сейчас полицию вызову!
Он полностью игнорируется, вместо этого в борьбу вступают еще трое. “Смелые” ребята кидаются на Канемана, в итоге я очень быстро оказываюсь рядом. Рывком откидываю парочку назад от Рея, их спинами рассекая мирно-стоящие стулья. На заднем плане орет истошный голос хозяина, в баре начинается лютая потасовка.
Пропускаю удар в ребра откуда-то сзади, еще двое пытаются напасть на меня сбоку. Резкая боль стреляет по всему телу, плохо зажившие кости дают о себе знать. Отбиваюсь, урывками пытаясь контролировать Рея. Но тот пока держится и старательно дает сдачи.
Мужики активно группируются вокруг нас, круг сужается. Предчувствую знатную мясорубку.
Вырываюсь из захвата и отхожу к стене чтобы проще было защищаться. Удар за ударом ложу первых двоих, третий шатаясь отходит в угол. На меня идет уже следующая группа.
Бок стреляет, перед глазами мутнеет.
Сука, как не вовремя ребра подводят.
Отправляю следующий удар по низкорослому ублюдку, в ответку получаю пару по печени от подоспевшего подкрепления. Яркая порция боли простреливает до костей и достигает все сенсоры в мозге. Он отчаянно сигнализирует искать другие выходы.
На заднем фоне слышу отборный мат Канемана, следом катится звон разбитого стекла. Успеваю заметить ублюдка, несущегося с куском стекла на Рея. Не знаю на каких ресурсах я действую дальше, но мне удается вырываться из круга. Пробиваю челюсть коротышке и кричу Канеману, чтобы отошел, но не успеваю. Кусок вонзается Рею в живот.
Сука!
Друг падает на пол, а моя злость сменяется бесконтрольным гневом. Кровь в венах закипает, боль глушиться желанием убивать. Я перехожу в хаотичное наступление и начинаю сносить толпу без малейшего шанса оставить их целыми. Бью напропалую, выбивая суставы и выворачивая конечности. Ломающиеся носы и вылетающие зубы кажутся параллельной реальностью.
Рей лежит без движения, лужа крови разрастается.
В мозг пытается пробраться паника, но наступающие твари возвращают мне рассудок. Рублю ублюдков, при этом понимая, что все равно не выстою один против всех.
Очень вовремя озаряюсь идеей и выхватываю пистолет из-за пазухи, снимаю глушитель, отбиваясь ногами, и делаю залпы в потолок:
— Сука, разошлись все отсюда! Прикончу и даже не моргну! Быстро вышли отсюда все!
Охеревший народ мешкает и не сразу начинает отступать.
Делаю еще несколько контрольных в потолок и оборачиваюсь на владельца за баром:
— Быстро скорую вызывай! Я сказал быстро, что ты тупишь, блядь!
Наступаю на сгруппировавшуюся толпу, продолжая угрожать пистолетом. Страх мелькает в отрезвевших глазах — мужики врассыпную пытаются выбежать из бара. Делаю еще один предупреждающий выстрел и их подрывает с места как напуганных оленей. Толпа путается в своих собственных ногах, кто-то сваливается на пол под бегущую массу. Выталкиваю последнего за двери и захлопываю на замок.
Бармен с хозяином в шоке пялятся на меня:
— Скорую вызвал?
— Д-д-да, — Заикается мужик.
Опускаюсь рядом с Рейнаром, прощупывая пульс. Парень без сознания, лужа крови становится все больше, напор давления в венах очень слабый. Вытаскиваю бинт из принесенной аптечки, пытаясь перевязать рану под ребрами. Повязка очень быстро пропитывается, вызывая во мне паническую растерянность. Что-то не так. Крови слишком много.
Сознание кричит, что время утекает и ждать помощи не стоит. От запаха крови внутренности скручивает узлом, ведь эта кровь принадлежит моему лучшему другу. Единственному человеку, которому я могу доверить себя, свою жизнь и все, что в ней творится.
Мозг хаотично пытается придумать хоть что-то.
Зажимаю рану из последних сил и с каждой секундой все отчетливее понимаю, что машину медиков мы не дождемся.
Подхватываю Рея на руки, игнорируя звезды в глазах от болевого спазма. На сколько быстро могу — перемещаюсь к машине.
Плюю на все возможные последствия и вжимаю педаль газа в пол.
Голову разрывает злость вперемешку с отчаянием — гребаный город, гребаная улица, гребаная жизнь.
Скольких еще я должен потерять, чтобы этот проклятый круг разорвался…