Вижу перед собой улыбающуюся Мэдисон, она что говорит мне, а потом смеется. Её нефритовые глаза блестят на солнце, а черты лица смягчаются, когда она тянет ко мне руку. Пытаюсь дотянуться до неё, но тело не пускает, будто одеревенело. Она смеется громче, а всполохи свежего ветра поднимают её длинные переливчатые волосы. В глазах столько искренней любви, а в улыбке — целый космос нежности.
Легкий ветерок касается и моей кожи, кажется, он играет с моими волосами. А потом я различаю тепло чьих-то рук и так хорошо становится. Будто попадаю домой, где меня долго ждали. Одеяло уюта накрывает, и я улыбаюсь, все еще пытаясь дотянуться до Мэдисон, но она исчезает, теряясь вдалеке, а я снова проваливаюсь в безмолвную темноту.
Глава 68
Я медленно выплываю на поверхность. Еще не открыв глаза, уже чувствую чье-то присутствие рядом.
Голова так болит, что не хочется встречать новый день — а то, что он новый, чувствую по яркому заливающему свету сквозь подрагивающие веки.
Медленно шевелюсь и усилием воли поднимаю свое туловище, чтобы адаптироваться к резкости солнечной обстановки.
У панорамного окна замечаю задумчивую фигуру Тайлера, который смотрит куда-то вдаль горизонта. Его спина напряжена, руки сложены перед собой на груди.
— Где мы? — Тихо спрашиваю, пытаясь припомнить, как я очутилась в этой комнате, которая судя по убранству является гостиничным номером.
— В отеле, — Отвечает и разворачивается ко мне, отправляя руки в карманы спортивных брюк. — Ты уснула в палате Сандры, я забрал тебя сюда, потому что не знал, где ключи от дома.
— Ясно.
Придвигаюсь к спинке кровати, опираясь на неё спиной, и пытаюсь размять застоявшиеся мышцы шеи.
Туман все так же стелиться в голове, но по крайней мере эмоции улеглись. Страх за жизни моей подруги и её матери теперь не вызывает беспросветного отчаяния, в эту минуту я могу мыслить без аритмии.
— Что с Мэдисон? — Спрашиваю, наблюдая за Тайлером. Он стоит у окна, и не спешит начинать разговор, внимательно рассматривая мой потрепанный вид. Мне нет дела до утренней измятости, потому что стремление понравится Таю уходит куда-то на дальний план.
— Ты помнишь что-то из вчерашнего разговора с доктором?
— Да… Кома, есть шансы вернуть Мэд к жизни.
— Утром у неё еще одна операция, — Без эмоций продолжает, не отрывая от меня глаз. — Остается только ждать.
— Что мы будем делать?
В воздухе заметно поднимается давление. Лицо мужчины приобретает твердость, мышцы под серой тканью костюма прорезаются сильнее, что говорит мне о его состоянии, схожем с готовностью к схватке.
— Нам надо лететь в Лос-Анджелес, — Сухо роняет он, а у меня в груди все обрывается. Я застываю от ошеломления и не могу поверить, в то, что он сказал.
— Что? — Глухо переспрашиваю.
— Саша, — Давит Тайлер. — Мы не бросаем Мэд, но и помочь сейчас ей ничем не можем. Я собрал вокруг неё сильнейших врачей, средства на медицинскую помощь будут идти беспрерывно — это единственное что я могу сейчас сделать. Когда Мэдисон будет готовой к транспортировке, мы перевезем её в Лос-Анджелес для дальнейшего лечения. Сандру тоже заберем, для неё уже готовится место в клинике для пациентов со сложными случаями.
— Тайлер! — Все еще не нахожусь, что ответить и просто пялюсь на него.
Он не спешит мне на выручку, лишь давит своим не добрым взглядом. Дважды открываю рот, чтобы что-то сказать, но из-за скомканного роя мыслей в голове вылетают только клоки воздуха.
— Тайлер, — Делаю ещё одну попытку после череды глубоких вдохов. — У них нет никого. Они здесь останутся одни, без поддержки. Совсем одни! Я не брошу их!
— Александра, — Голос Тайлера начинает звенеть, и то что он называет меня полным именем, говорит о его недовольстве в огромных масштабах. — Я же тебе сказал, что никто их не бросает. Я проплатил лучший уход по максимуму.
— Тайлер, да о чем ты?! — Начинаю закипать в ответ на его твердолобость. Понимаю, что иду на поводу своих эмоций, но поделать ничего не могу. — Ты можешь сколько угодно загонять денег, но ответственность от этого не увеличится! Нам нужно остаться с ними здесь!
— Я не могу остаться здесь! У меня бой через месяц, я не могу забить хер на тренировки! — Выпаливает Тай. Кажется, это первый раз, когда он кричит на меня после того случая в полиции Таиланда. — И ты нужна мне в Лос-Анджелесе! Мне нужно, чтобы ты была рядом!
Понимаю, что нервы у моего мужчины тоже на пределе, возможно, он переживает не меньше моего, но совесть не дает мне бросить Мэдисон в этот час.