Сложно было произносить слова, слезы давили.
Сейчас, спустя почти два года, я только начала понимать, что моей матери больше нет. Будто сознание все это время постепенно привыкало к трагичной мысли. Поэтому, когда я смотрела на улыбающуюся маму, смотрящую на меня с черного гранитного памятника, не могла остановить поток слез. Они просто катились, я их даже не замечала. Но в них не было боли, это было принятие. Полное принятие крутого поворота жизни. Такие бывают у каждого.
— Я верю, что вы там встретились. Что всё у вас там хорошо. У вас была необыкновенная любовь, и знайте, что она продолжит существовать на этом свете. Вы передали её мне, я продолжу дальше. Ваша история стала большим уроком для многих, кого-то — вы уберегли от ошибок. Ваши с папой жизни принесли значимость этому миру. Я люблю вас.
Сложнее всего было оставлять кольцо, которое папа купил маме, собираясь лететь к ней в Россию. Дедушка передал его мне в день нашей второй встречи. И когда он заметил, что я хочу оставить кольцо у могилы мамы, пришел помочь мне. Мы вместе закопали символ папиной любви в земле рядом с памятником. Я думаю, папа бы тоже этого хотел.
Мне было легко на душе, когда мы уезжали с кладбища.
Всей нашей большой компанией двинулись завтракать, после чего нас ждал тур по моему родному городу. Гидом собиралась выступить конечно же я.
По всем законам комедийного жанра в популярном кафе в 11 утра мы конечно же встретили Артура с Региной. Но у меня не было никаких эмоций к ним, будто я встретила совсем давнее прошлое. Не стала обращать на них внимания, хотя видно было, как сильно им хочется поплеваться ядом. Характерный средний палец, который отправила Лена этим двум снёс остатки их смелости, чтобы подойти к нам — они так и остались сидеть за своим столиком. Ну а я лишь горько усмехнулась, что не прошло незамеченным для Тайлера, который чересчур нахмурился на мою реакцию, тем самым заставив сладкую парочку быстро исчезнуть из нашего кафе.
Пусть идут с миром, может когда-нибудь они поймут свои ошибки и причины, по которым до сих пор сидят на дне — ведь в их жизни точно ничего не меняется, это видно по зависти, которую расточают их глаза.
Пока мои друзья бегали селфиться по центральной площади, я отправилась отдавать дань уважения ещё одному человеку — моему шефу.
Дедушка, будучи очень интересующийся всеми сторонами моей былой жизни, пошел со мной; Пабло, который не мог жить без перебранок и подколок над мои дедом, тоже отправился с нами; ну а Тайлер вообще никогда меня не оставлял. Вот такой четверкой мы и двинули в двери крупнейшего издательства Сибири.
Крики восторга моих бывших коллег чуть не обвалили стены сталинской постройки. Кажется, всегда невозмутимый Тайлер даже дернулся от неожиданности.
Обнимались мы чуть ли не до самого вечера. За время пока я болтала со своими бывшими сослуживцами мой муж и дедушка успели перепробовать все российские сладости — им к чаю вытащили из недр тумбочек целый супермаркет на выбор.
Мой шеф тихо посмеивался над этим сбоем работы, и сам предложил начать пятницу раньше времени. В общем, моих мужчин вдобавок ещё чуть и не споили.
— Я горжусь тобой, Сашка, — Тихо сказал мне шеф чуть позже, когда Тай раздавал автографы, а мой дедушка беседовал с секретарем Аркадия Дмитриевича, восхваляя её красоту.
— Когда-то я сказал, что твоя звезда ещё загорится на темном небосводе. Но не думал, что это случится так скоро, — Широко улыбнулся и протянул мне свежий номер журнала, на обложке которой сияла моя скромная персона.
— Ты написала прекрасную историю про своих родителей, — Продолжил он, тыкая пальцем в строчки заголовка. — Но ты забыла про себя. Бросившая вызов судьбе — это ты. Та, которая сумела. Та, которая показала остальным как нужно жить. Твой пример показал нам всем, что нужно всегда идти за своим сердцем. Поэтому этот номер мы посвятили тебе, как нашему главному сподвижнику и мотиватору. Бросившая вызов судьбе — это про тебя истинную. Спасибо тебе, Сашка. Ты показала многим, в чем смысл этого бытия. Ну а впереди тебя ждет еще куча вызовов, и я уверен, что с каждым из них ты справишься лучше прежнего.
Мне казалось, что в этот момент мой шеф передавал послание моих родителей. Будто последнюю фразу он говорил вместо них. Будто он благословлял меня на любые безрассудства, которые могут еще не раз повториться в моих поступках.