Мимо мелькают фонари и стройные силуэты пальм, на улицах проезжают редкие машины, а я бегу, не ведая усталости. Дыхание давно сбилось, сердце стучит на пределе.
Спустя минут пять неистовой гонки я влетаю в открытые двери полицейского участка. С порога начинаю тараторить сонному постовому о случившемся на пляже. Он пытается успокоить меня, а я тону в желании потрясти его, чтобы ускорить. Меня бьет дрожь, в голове взрываются яркие вспышки.
— Помедленнее, — Просит он и до меня доходит, что он ничего не понимает из моей сумбурной английской речи.
Я перевожу дыхание и по словам объясняю, что случилось. Когда к нему подходит второй человек в форме, я перехожу в активную жестикуляцию, пальцем пытаясь указать в каком месте происходит драка. Умоляю их ускорится, вдалбливая, что на одного напали сразу трое.
Не знаю, то ли моя испуганная речь, то ли весь безумный вид производит на них впечатление, но дежурный вызывает кого-то по рации и на тайском что-то объясняет. Пока он говорит, я умоляюще пялюсь на него.
Со стороны можно подумать, что я на тяжелых наркотиках, вид как у сумасшедшей. Волосы растрепались, в глазах паника, речь путанная.
— Мадам, присядьте. Патрульная машина находится рядом с местом, скоро прибудет на помощь вашему другу. Но вам придется остаться здесь до окончания разбирательств.
До меня не сразу доходит суть его слов. А когда доходит — облегчение и разочарование переплетаются между собой и накрывают меня с головой.
Я ведь свидетель. Вот вляпалась. Чувствую, спать этой ночью мне не светит.
Устало опускаюсь на лавочку, продолжая переводить дух. Восстанавливаю дыхание. Усейн Болт позавидовал бы моей ретивой скорости на короткую дистанцию. Я только сейчас ощущаю, насколько измотала себя. Силы просто испаряются, заставляя глаза непроизвольно закрываться. Стресс, каких поикать надо.
Глава 9
Голова трещит, а руки подрагивают.
— Мадам, — Мне в руки попадает горячая кружка с чем-то похожим на зеленый чай. По запаху точно он.
Очень интересно. Тут о всех так заботятся?
Я с благодарностью смотрю на своего конвоира, превращая взгляд в слово “спасибо”.
— Ваш друг жив, патрульная машина едет сюда, — Продолжает дежурный полисмен. — Нужно взбодриться, вам придется дать показания.
Я слабо киваю и делаю глоток обжигающего напитка. Крепость начинает реанимировать мое измотанное тело и потрепанные нервы.
Вой сирены, лязг металла и внутрь вводят троих мужчин, лица которых заплыли отеками и утоплены в кровавых разводах. Я непроизвольно задерживаю дыхание, пытаясь разыскать среди них своего заступника. Они даже не смотрят на меня.
— Ваш друг в следующей машине, — Говорит дежурный, увидев мое хаотичное блуждание по лицам вошедших.
Странно, почему он едет отдельно?
Ждать долго не приходится, буквально через пару минут я слышу ещё один щемящий душу звук сирены и внутрь вводят моего злого спасителя. Его лицо не выражает никаких эмоций, но в глазах ад. Ярость бушует и я невольно сжимаюсь, чувствуя эту убивающую мощь.
Боги, кто он?
Зрачки расширены, губы плотно сжаты, на лбу блики от лоснящейся кожи, грудь тяжело вздымается.
Мне жутко видеть его таким. Это не человек, это машина для убийств. И полное отсутствие жалости в его глазах. Только лютая ненависть. Но за что? И на кого? На полицию? Или эти парни его так довели?
Судорога сводит грудь, когда он переводит на меня свои пылающие глаза. Я действительно не могу сглотнуть, тело каменеет. Теперь я очень хорошо знаю как это, парализоваться от страха.
— Я что тебе говорил? — Зло сплевывает он, вонзаясь разъяренной тьмой. Два полисмена с трудом удерживают его на месте, он пытается вырваться из захвата, но наручники, стянувшие руки за спиной, не дают ему сделать нужный маневр, чтобы выкрутиться.
— Я сказал тебе идти домой и не вылазить оттуда. Херово английский понимаешь? — И вроде он не орёт, но каждое слово давит как скала на голову. Мне очень тяжело выносить эту подавляющую энергетику.
— Да у меня из-за твоей тупой инициативы теперь проблем выше крыши! — Холодно продолжает добивать меня этот агрессор. А я боюсь, что либо ответить, не зная, чего ожидать от его мнимого спокойствия. Холод давно заморозил внутренности.
— Офигенно помогла! — На последней фразе он поддался вперед и почти плюнул мне в лицо словами, уже не стараясь сдерживать внутреннего демона. Он наконец показался наружу.