— Сашенька, девочка моя, — Попадаю в капкан теплых объятий. Легкий аромат Диор Жадор трепетно отзывается в израненном сердце, закручиваясь болевой спиралью. Мама тоже их любила. — Поверить не могу, что завтра тебя здесь больше не увижу.
Мягкие серые глаза заблестели печалью, рука нежно потрепала мою щеку:
— Обещай, что будешь заходить в гости! Каждый раз, как будешь в своем родном городе — сразу к нам!
— Ангелина, мы всегда будем на связи. Я не покидаю вас навечно, — Не смогла сдержать грустной улыбки. Это дама всегда относилась ко мне по-особенному. После смерти мамы её забота подскочила как птичий грипп в Китае. — Он там?
— Да, ждет тебя, — кивнула секретарь и открыла мне путь к деревянным лакированным дверям.
Легкий стук и я на пороге.
Шеф хмуро посматривает куда-то в центр экрана своего гигантского монитора, о настроении можно только гадать. Он всегда был непредсказуемым. Разораться мог ни с того ни с сего. Вот он смеется, а вот он уже орёт. В этом был весь Аркадий Вяземский. Но он хорошо ко мне относился. Я чувствовала это. Идеальный босс для идеальной работницы. Именно так он называл меня за чашкой утреннего эспрессо. Кто бы спорил, если работа всегда выполнялась раньше времени.
Кряхтит что-то там, лоб морщит.
— Аркадий Дмитриевич, морщины потом будет сложно выводить, — С улыбкой провозгласила я. — Расслабьте лоб!
Шеф дернулся и строго посмотрел. Ненадолго его хватило, через две секунды он уже светил голливудскими имплантами:
— Александра Римская! — Наиграно взметнул руки к потолку. — Собственной персоной!
— Можно подумать, вы меня не ждали, — давя улыбку, присаживаюсь на стул напротив.
— Очень ждал, — Шеф разваливается на столе и выжидательно смотрит на меня. — Не передумала?
А я что? Разве шефу объяснишь, что жить здесь хуже медленного угасания? Ну и что, что должность высокая. Пусть, что досталась так рано. И так недавно. Всего два года прошло. У кого не бывает крутых поворотов в жизни?
— Нет, Аркадий Дмитриевич. Крепка в намерении как двухсотлетний дуб в сибирском лесу. Просто постарайтесь меня понять.
Шеф тяжело вздохнул и потер глаза под толстой оправой.
— Я понимаю тебя. И поддерживаю. Ангелина рассказала о всех сложностях твоей жизни. Не знал про Артура, извини.
— Вам не за что извиняться, все в прошлом. Жизнь не дает испытаний, которые нам не под силу. Я справлюсь. Спасибо, что дали мне возможность работать фрилансером.
— Да как ж я могу потерять такой ценный кадр. Твои тексты всегда радовали мою душу, я буду рад, если ты останешься писать статьи для нас, пусть и далеко отсюда. Зарплата правда не будет такой волнительной как у главного редактора.
— Это не проблема, голодать не буду.
— Уверена?
— Сдала в аренду свою и мамину квартиру. Хороший пассивный доход. Машину продала для подушки безопасности, — Я прикрыла глаза, чувствуя подступившие слезы. Печаль теребила мою душу. Не легко прощаться с привычной жизнью. Особенно с любимым коллективов. — Шеф, я прорвусь, нормально все будет.
— Мы всегда ждем тебя обратно. Если пресытишься своим кругосветным путешествием, знай, что тебя всегда ждут дома.
— Спасибо, — хрипло произнесла я. Слеза все таки сорвалась с моих дрожащих ресниц. Неожиданная поддержка от тех, кто был просто твоим работодателем. Пусть чересчур прямолинейным, дотошно честным, строгим, но добродушным. Жизнь подкидывает свои подарки.
— Ты знаешь, я завидую тебе белой завистью, — Шеф по-доброму растянул уголки губ. — Не каждый способен так круто изменить свою жизнь. Отказаться от всего и двинуться дальше. Можно сказать, в никуда. В тебе стальной стержень, и тобой еще не раз восхитятся. Я горжусь тобой, Сашка. Твоя звезда еще загорится на темном небосводе.
Вторая слеза скатилась по моей бледной щеке. Сама не поняла, как вцепилась в своего шефа в крепких объятиях. Его слова настолько тронули меня, что порыву эмоций сложно было устоять. Сдавила его как самого нужного человека и намочила всю его белоснежную рубашку. Он, наверное, был в шоке, но виду не подал. Крепкой рукою потрепал мою спину, и подарил отцовский поцелуй в макушку. Отцовский поцелуй, которого никогда не было в моей жизни. Вот так мой шеф стал ближе ко мне в одночасье. Ближе, чем были люди, с которыми я провела десятилетия. Спасибо жизни, за эти трогательные моменты.