- Ты давай от вопроса не отлынивай, - Тайлер перетаскивает меня на себя, удобно устраивая сверху. – С кем болтовню ведешь все утро?
Кусаю за плечо, не решаясь открывать ему правду о сообщениях Артура, а потому говорю только часть утрешней истории:
- Отвечала подписчикам на вопросы о мексиканских посиделках. А потом наткнулась на письма своих подружек детства в директе, которые закидали меня статьями из интернета. Не хочу тебя расстраивать, но все спортивные ресурсы завалены нашими фотографиями с провокационными заголовками.
Беру телефон и нахожу первую попавшуюся ссылку, демонстрируя статью Тайлеру. Он сначала хмуриться, разглядывая экран, а потом вытаскивает телефон из моих руки и откидывает на кровать подальше:
- И что тебя беспокоит? Твоего лица почти не видно.
Внимательно вглядывается в мои глаза, а я невесомо глажу его колючую щеку. Пальцы приятно покалывают, делая меня рабой этого восхитительного ощущения:
- Ничего не беспокоит, - Оставляю поцелуй на напряженных губах, чувствуя, как сильная рука в привычной манере зарывается в мои волосы.
- Ещё раз повторяю, - Говорит Тай мягче. – Тебе не о чем беспокоиться. Я могу защитить свою женщину.
- Я знаю, - Отвечаю, всматриваясь в кофейные глаза. Мне приятна реакция Тайлера. Радует, что он не спешит утаивать наши отношения от кого-либо. С одной стороны, я понимаю, что это несет мне проблемы и дискомфорт, но другая часть меня ликует, потому что его реакция хоть немного говорит, что я ему не безразлична.
Тайлер скользит губами по моей коже, а чувствую новые искры в животе. Но внутренние мышцы тут же реагируют и просят сжалится над ним:
- Тай, - Говорю на выдохе, когда он настойчивее припадает к моей коже и собирается перевернуть меня на спину, чтобы подмять под себя. – Не могу. Болит все. Дай мне хоть небольшой таймаут.
Мой маньяк сразу отрывается от меня и притягивает в объятия, крепко стискивая.
- Монашка ты моя, - Говорит с улыбкой, укладывая нас набок удобнее. – До сих пор не могу поверить, что ты год сексом не занималась. Чувствую себя победителем, будто девственницу трахнул.
Заряжаю ему ладошкой по плечу, а он только безудержно ржет и крепче сжимает в своих ручищах. С улыбкой проваливаюсь в теплоту своего мужчины и мечтаю, чтобы это блаженство подольше не заканчивалось.
Глава 59
Неделя спустя, Акапулько
Мария и Матео подсказали нам удаленный пляж, на котором мы с Таем сможем спрятаться от любопытных глаз. Правда для этого нам пришлось взять в аренду громоздкий внедорожник, ибо дороги там плохо проходимые.
В Акапулько из Мехико мы сбежали вчера вечером и сразу направились в дом к моим пенсионерам, которые от радости перемяли мне все бока, а после не хотели никуда отпускать. Нас вместе с Таем насильно поселили на втором этаже скромного дома, и я с улыбкой наблюдала за своим парнем, который даже носом не повел на его новые спартанский условия, так как обстановка дома была очень простенькой.
И я хочу сказать, что именно эта обстановка и вернула мне спокойствие в душу.
Неделя, проведенная в Мехико, была переполнена людьми и событиями, и к её концу я поняла, что начала очень сильно уставать от излишнего внимания.
Как бы Тайлер не хотел, но папарацци гонялись за нами и в Мексике. Назойливые поклонники встречались редко, в основном в людных местах, куда мы с Тайлером выбирались перекусить либо что-то докупить для жизни в особняке Пабло, и особо не приставали к моему бойцу, но репортеры не давали проходу, если вдруг наталкивались на нас. За эту неделю я очень хорошо прочувствовала всю негативную сторону славы. Для моей отшельнической души такое внимание было тяжелым. Я все меньше проявляла желание выбираться куда-то в массы, предпочитая укромные уголки. А еще я очень уставала от бесконечных звонков Тайлеру - его телефон казался горячей линией для целого мира.
В особняке нам тоже давали мало проходу - семейные посиделки устраивались почти каждый вечер и к четвертому дню от непрекращающегося ажиотажа я начала кусать ногти, в то время как Тайлер принимал весь этот хаос с невозмутимым видом. Но я знаю, что он чувствовал мое состояние. Он даже в сексе стал намного нежнее, благодаря его нерасторопной ласке я забывала обо всем на свете.