-Вперед! – крикнул Гуннар.
Догонят…
-Куда-а?
-Вперед, дура!
Флёр вслепую двинулась вперед, лишь бы бежать, хоть и бежать было некуда. Один из них хромал, как и Гуннар, но остальные устремились к беглецам довольно шустро… Гуннар подтолкнул ее, и Флёр больше понадеялась, чем поняла, что навес перед ней – это пристанище шамана. Здесь она оказалась, когда вывалилась из телепорта.
-Под третьей! – выкрикнул Гуннар, - шевелись!
Он резко прыгнул и подобрал с земли топор. Его топор, который он потерял, появившись из телепорта, и которым намеревался тогда перебить шею Флёр. Гуннар развернулся, встречая подоспевших преследователей. Все трое оказались при топорах, с которыми по привычке не расставались даже тогда, когда лазили к берегу припрятать награбленное. По пути они прихватили и щиты.
-Мёльнар! – рявкнули они.
-Хаген! – отвечал Гуннар. Флёр, на миг оцепеневшая, тотчас засуетилась: у нее были считанные мгновения, если эти трое набросятся разом на Гуннара. Этому счастливчику что, он быстро погибнет в бою…
Она бросилась под навес выкопать спасительный телепорт.
Навес оказался не навесом, а порушенным шатром. Флёр стала дергать его края, чтобы проникнуть внутрь. Гуннар тем временем сам ринулся к первому подоспевшему. Прямо на замах. Воин не успел нанести удара, получил короткий тычок топором в челюсть, откинулся, отбросив щит. Гуннар двинул еще раз, приникнув вплотную, опрокидывая воина на тех двоих, кто стоял позади него. Они отскочили.
-Ищи! – гаркнул Гуннар, и тут на него налетели двое с разных сторон. Гуннар присел. Над ним громыхнули, сталкиваясь, щиты.
Флёр, от страха сама не своя, прорвала складки порушенного шатра и проникла внутрь. Она слышала резкие выдохи, грохот топора: Гуннар все еще сопротивлялся. До Флёр им надо будет еще добраться… успеет! Опять подъем надежды придал ей силы.
Она уже ничего не помнила про третью подпорку. Да и какую считать третьей? Она просто шарила в темноте руками, надеясь быстро нащупать взрытую землю и отличить ее от утрамбованной. Ну где он? Такие вещи далеко не прячут!
Флёр вырвала из земли полузарытый туес, вскочила в полный рост, сбросила с себя парусину. В трех шагах от нее отказался Гуннар, он стоял, закрываясь щитом и угрожая наседавшим на него воинам Мёльнара топором. Один из них изловчился и зацепил щит Гуннара клевцом. Резко потянул. Гуннар почти бросил щит на нападавшего и отступил назад, натолкнувшись на Флёр с туесом. Так Флёр туес о его спину и разбила, при этом вцепившись Гуннару в загривок мертвой хваткой. Ее ослепило зеленой вспышкой света, и она почувствовала, как куда-то полетела, словно верхом, на молодом воине…
Падение окончилось коротким тычком в мокрый речной песок. Сверху свалилось что-то тяжелое, больно ударив Флёр по затылку. Это оказался клевец. Его сжимала срезанная телепортом по плечо рука. Издали донесся душераздирающий ор, который быстро оборвался: потерявший руку должен был быстро истечь кровью. Судя по крику, и тому, откуда он доносился, они должны быть достаточно далеко.
Флёр вскочила и подняла полыхающие зеленью руки. Вдали дрожащим пятном горел замок. Поросший берег нависал над прямой песчаной косой, на которую были вытащены лодки людей Хагена.
По воде далеко разносились крики людей Мёльнара:
-Видел? Вон там полыхнуло!
-Где? Как это?
-Шаманы!
-Шлюха Флёр открыла телепорт!
И опять этот вопль разнесся на всю округу.
-Они в лодку сядут!
-Быстрей! Уплывут!
Вдоль обрыва замелькали огни: люди Мёльнара заметались в поисках удачного спуска к песчаной косе.
Гуннар заткнул за пояс свой топор, схватил клевец, стряхнул с него брызгающую кровью руку.
-Кисти спрячь! Шлюха долбанная! Они нас так найдут! Да не лезь ты в эту лодку. Вон в ту – она моя, она легче.
Гуннар снял с отрубленной руки рукавицу и отдал чудом уцелевшую свою:
-Натягивай! И за весла! На середину реки плыви!
Флёр скакнула в указанную лодку, натянула рукавицы и приняла сунутые ей весла. Гуннар бросил на дно лодки вторую пару весел, содрал с себя гнидник и тоже бросил в лодку, оказавшись в тонкой рваной рубахе, налег на корму лодки и зашипел, меся обожженными ногами песок. К удивлению Флёр сам в лодку не запрыгнул, а крепче взялся за добытый клевец.