Он говорил о брате в пренебрежительном тоне, и Флер удивленно вскинула брови.
— Нет, ему ни за что не удастся испортить мне вечер, как бы он ни старался, обещаю вам! — воскликнул Петр. — Если Роза не имела ничего против моего бала, то какое ему до этого дело? Ах, ну да ладно. — Он пожал плечами, словно вспомнив, что сейчас не время и не место для семейных ссор. — Вы познакомились с моей сестрой Розой? Правда, она чудо?
— Да, кажется, она очень мила.
— Погодите, скоро вы ее узнаете лучше. Вот она смотрит на меня. Извините, мне нужно подойти и полюбезничать с братцем. Но когда начнется бал, вы обещаете мне первый танец, хорошо?
Флер постепенно приходила в себя.
— Да, конечно. Если вам угодно.
— Вы могли бы проявить больший энтузиазм, — произнес Петр, притворясь, что обиделся. — В конце концов — я самый лучший танцор во всем Петербурге.
Флер невольно вспомнила бал у герцогини Олдерни, когда она танцевала вальс с графом, и про себя умоляла, чтобы Петр поскорее ушел. Петр, бросив на нее странный взгляд, тут же повернулся, будто прочитал ее мысли.
К ней подошел Ричард под руку с Людмилой.
— Послушай, Фло, какой сюрприз увидеть снова графа Карева здесь!
— Он поздоровался с вами, как со старым другом, — заметила Милочка, задумчиво ее оглядывая. — Вы часто встречались с ним в Лондоне?
— Да, достаточно часто, — ответила Флер рассеянно.
— Вы не находите, что он очень красивый мужчина, — продолжала Милочка. — Но, по-моему, в нем есть нечто страшное, пугающее. Он такой высокий, а глаза какие-то особенные, как вы считаете?
Флер в ответ только покачала головой.
Ричард тем временем говорил о своем.
— Я слышал, что Петр предложил тебе открыть с ним бал, это правда?
— Граф попросил меня станцевать с ним первый танец, — поправила его Флер, — но честь открыть этот бал принадлежит госпоже Чайковской, разве не так?
— Ладно, как бы там ни было, ты уже ангажирована, — нетерпеливо сказал Ричард. — В таком случае, Милочка, не окажете ли мне честь станцевать со мной первый танец?
— С радостью, — ответила она.
Постепенно толпа гостей просочилась через двери в просторный бальный зал. Он был освещен восемью громадными люстрами, в каждой из которых горело по сотне свечей. Они отражались в больших зеркалах в позолоченных рамах, в глянцевых дверях, ведущих на террасу, с которой открывался вид на знаменитый сад. Воздух был весь пропитан терпким ароматом воска, который смешивался с запахом женских духов и помады для волос.
В конце зала стоял помост, на котором расположился большой оркестр из крепостных. Они сидели на стульях с высокими тонкими ножками, держа в руках инструменты и ожидая сигнала к началу танцев. Гости медленно расхаживали вдоль стен. В зале было очень жарко. Многие женщины обмахивались веерами. Со стороны они были похожи на хлопающих крыльями голубок, пытающихся удержать равновесие на ветке.
Флер с особой остротой воспринимала все в этом зале — любой запах, любой звук, особенно же чутко прислушивалась к своему телу, она чувствовала жесткие пружины белого корсета, давящего ей на ребра, кровь, стучавшую в висках, нежное прикосновение длинных локонов к оголенным плечам.
У нас будет время поговорить попозже, — пообещал Карев-старший. Что же он ей скажет?
Вдруг она заметила, что к ней направляются оба брата. Они подошли одновременно с разных сторон. Братья уставились друг на друга, словно два враждующих кота.
— Это мой танец, насколько я помню, мисс Гамильтон, — произнес Петр почти с вызовом, не сводя взгляда с лица Сергея. — Я пришел за вами.
Он предложил ей руку. Флер не успела пошевелиться, как Карев-старший упрямо покачал головой.
— Я намерен открыть бал с мисс Гамильтон.
Петр весь вспыхнул от привычного для младшего брата негодования.
— Я первый попросил ее…
— Она здесь почетный гость, а я — хозяин. Даже ты, Петр, должен понять, что я просто обязан открыть бал с мисс Гамильтон.
— Я не… я, право, не знала, что являюсь почетным гостем, — рассеянно возразила Флер. По выражению лица Петра она поняла, что это стало открытием и для него.
Карев повернулся к ней.
— Конечно, вы — почетный гость. Почетный наш гость, прибывший из Англии. Весь этот бал устроен в вашу честь. Надеюсь, брат сообщил вам об этом?